Книга Ледяная невеста для герцога дракона, страница 39 – Таля Верховская

Чернила проявлялись лишь под теплом моих пальцев — остальное пространство страниц оставалось слепой пустотой. Фразы обрывались на полуслове, слова исчезали, словно их вытравили кислотой, оставляя лишь рваные намёки, от которых по спине пробегал мороз. На десятой странице я обнаружила вклеенный засушенный лепесток. Тот же оттенок. Та же форма. Под ним — едва заметная пометка, сделанная не чернилами, а чем-то холодным, похожим на иней: «Она не уйдёт. Она ждёт». Гребень в косе отдал лёгкой, почти неслышной вибрацией. Я закрыла дневник. Руки не дрожали. Но внутри всё сжалось. Кольцо Мэри на моём пальце горело ровным, настойчивым жаром.

Вечера мы проводили втроем. У Эльзы и Селины были тесные комнатки в западном крыле, рассчитанные на двоих. Мне же, после происшествия с кристаллом, выделили более просторные покои— знак изменившегося статуса. Мы неизменно собирались в моей гостиной у камина. И под успокаивающее потрескивание поленьев говорили обо всем на свете. В прошлой жизни у меня не было близких подруг. Тем ценнее сближение с девушками в новом мире.

В тот вечер Селина сидела, поджав ноги под плед, не отрывая взгляда от пляшущих языков пламени. Её голос прозвучал едва слышно, будто она боялась разбудить тени, спящие в трещинах стен.

— Ты видела ту трещину в кристалле? — прошептала она. — Лорд Альрик уверяет, что такого не случалось за все годы отбора. Неужели камень… устал от нашей магии?

Эльза неспешно разливала чай из тяжёлого кувшина. Пар поднимался тонкими, извивающимися змейками, зависая в воздухе.

— Камень не знает усталости, Селина, — произнесла она мягко, но в её тоне сквозила сталь. — Это провокация. Кто-то намеренно заставил кристалл треснуть — и произошло это в тот миг, когда Лианна прикоснулась к нему.

Я крепче стиснула горячую чашку, чувствуя, как кольцо на пальце вспыхивает внезапным жаром, будто предупреждая.

— Зачем кому-то рисковать, повреждая древний артефакт? — спросила я, хотя ответ уже рождался в глубинах сознания, холодный и острый, как осколок льда.

— Затем, что ты вошла в зал последней, — Эльза резко поставила кувшин на каменный край стола; звон стекла прозвучал неестественно громко, резанув по нервам. — И твой свет… Он был иным. Серебряным. Чистым. Ни один обычный маг льда не сияет так.

Селина подняла на меня взгляд, в котором плескалась неприкрытая тревога.

— У Лиры Фэйрвуд сияние было похожим, — пробормотала она. — Только слабее. Самым светлым среди оставшихся.

— Лира — всего лишь служитель архива, — возразила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Её род давно утратил влияние. Она здесь не ради титула.

— Зато у неё есть доступ, — Эльза опустилась в глубокое кресло у камина, и пламя, отразившись в её тёмных зрачках, сделало их почти бездонными. — К старым записям. К именам тех, кто сгинул во время прошлых испытаний. К тайнам, которые хранит замок.

Мы умолкли, вслушиваясь в треск поленьев. Где-то вдалеке скрипнула половица — лёгкие, почти неуловимые шаги удалились, растворившись в тишине, словно их и не было.

— Береги гребень, — Эльза кивнула на мои волосы, и в её голосе прозвучала угроза, тонкая, как лезвие. — И кольцо. И всё, что доверила тебе Лира. Здесь ценят лишь силу — а силу всегда стремятся отобрать.

— Почему ты так уверена? — выдохнула я.