Книга Трактир графини Оболенской, страница 110 – Мария Геррер

— Нет, — как фокусник Уваров вывел руку из-за спины и протянул мне такую же розу, как у Ольги. — Я вас пригласил, я и угощаю.

— Не смею возражать, — поднесла розу к лицу, вдохнула свежий сладковатый аромат. Нажала на электрический звонок на столе, вызвала официанта. — И две вазы для цветов, — кивнула на розы.

Давно никто не дарил мне цветы. Я уже и забыла, как это приятно!

Обед прошел оживленно, сначала пытались говорить на нейтральные темы — о погоде, кулинарии, затронули музыку. В итоге очень быстро разговор скатился к убийству Шарлотты.

— Я почти уверен, что Карденье была сообщницей преступника, — заявил Уваров.

— У вас есть неоспоримые факты? — рыба в кляре у Глафиры на мой вкус получилась слишком острой. Я бы добавила больше розмарина и меньше перца.

— Скорее, интуиция. Во время последнего покушения она была в квартире. Мы уже говорили, мадемуазель Карденье вполне могла спрятаться за шторой или открытой дверью и выйти, когда началась суета, — пригубил клюквенный морс Уваров.

— Тогда второй преступник Серж. Они же были любовниками, — оживилась Ольга.

— Не факт, — покачала головой Кирилл Николаевич.

— Не стала бы она путаться со слугами — не ее уровень, — уверенно произнесла я. — Да и зачем ей это?

— Вышла бы замуж за графа Оболенского, стала бы богатой. И страстный любовник под боком, и мужа через пару лет можно отправить к праотцам. Немало знатных дам пользуются услугами представителями низших сословий для своих любовных утех, — со знанием дела произнес Уваров.

— Ну да, садовники-сантехники — классика жанра. Я упустила это из вида.

— Сантехники? — удивилась Ольга. — Водопроводчики что ли?

— Именно, — сразу же на ум пришли немецкие порнофильмы. Ничего в этой жизни не меняется.

После десерта Ольга собралась уходить:

— Сообщу подругам новости. И надо заняться справочником — составить конспект, тут работы как раз на три ночи. Ведь мой босс хотя и душка, но от работы не освободит, — хихикнула Ольга.

— И не надейся. В два часа что бы была на месте, — шутливо нахмурил брови Уваров.

Ольга ушла и за столом возникло напряженное молчание. Прервал его Кирилл:

— Ольга сказала, это вы придумали для меня такое прозвище — босс. Верно?

— Это не прозвище. Это название начальника. Кажется, на американский манер. Это не обидно, правда, — почему-то виновато улыбнулась я.

— Да нет, я не обиделся, просто слово не на слуху.

— Скоро будет, — заверила я его.

Мы снова замолчали.

— Я хотел пригласить вас на литературный вечер, — глядя в окно произнес Уваров. — Выступает малоизвестный пока еще поэт. Но мне он нравится, хотя порой от его стихов дамы краснеют. Удивительно талантливый молодой человек, одухотворенная внешность, золотые кудри. И пишет о деревне.

— Есенин? — округлила я глаза.

— Вы с ним знакомы?

— Лично нет… — а было бы здорово! — Стихи читала. Я в восторге.

Вот это поворот событий! Как я упустила, что теперь могу оказаться современницей многих известных личностей? Возможно, смогу насладиться басом Шаляпина, посмотреть на танцы Матильды Кшесинской. Хотя нет, с Матильдой вряд ли получится пересечься, страной управляет другой император. Параллельные миры — интересная вещь. Кто-то из великих продолжает в них существовать, а кто-то попал в другое измерение.