Книга Трактир графини Оболенской, страница 80 – Мария Геррер

— Кстати, о клиентах, — меня посетила отличная идея. — Я тут подумала, может, вы с вашими подругами выполните мое поручение?

Напрягать Уварова из-за такой ерунды не хотелось. И вообще, не хотелось, чтобы он копался в моем грязном белье. А у Ольги и ее подруг есть какой-никакой опыт в этой сфере.

— Что от нас требуется? — заметно оживилась Ольга. — За мужем последить?

Быстро она сообразила, что я хочу попросить.

— Да. Но очень аккуратно. Сможете?

— Конечно. Никто никогда не подумает на девушку, что она занимается слежкой. Сыск — прерогатива мужчин.

— Мне нужно узнать, где встречается со своими женщинами мой муж. Возможно, их у него несколько. Меня интересуют не профурсетки, а именно постоянные любовницы.

Встреча с женщиной легкого поведения не будет приравнена к измене, как пояснила мне Алена. Это же естественная потребность мужского организма — не удержался, поддался соблазну. С кем не бывает? Это как в магазин сходить купить еды — жизненная необходимость. Вот так и не захочешь, а станешь суфражисткой!

Постоянная любовница совсем другое дело — это прелюбодеяние и уже серьезное нарушение клятвы верности. Как ни крути, а закон на стороне мужчин.

— Сделаем, — пообещала Ольга, наливая чай. — Обещаю, никто ничего не узнает. Хотя босс и называет меня болтушкой, профессиональную тайну я хранить умею. И мои подруги тоже.

Наверное, мне надо было обидеться на Уварова. Но за что? Ему сейчас не до светских бесед со мной. Однако неприятная заноза засела в мозгу. Правильно Ольга назвала босса вредным. Мне было и жаль его, и в то же время досадно.

Забрала в редакции вечерний выпуск газеты, отправилась в полицию, потребовала у дежурного незамедлительно проводить меня к участковому приставу. Дежурный немного помялся, я сунула ему под нос свою визитку. Впрочем, он уже и так знал, кто я такая. Именно с ним я общалась, когда требовала открыть дело о покушении на меня.

Участковый пристав уже собирался домой, когда я решительно переступила порог его кабинета. Странный запах витал в воздухе — свежей ливерной колбасы, ядреного чеснока и водки. Пристав уже расслабился и был готов покинуть пост. Общаться со мной в его планы не входило, ему хотелось домой, к семье и горячему борщу.

— Уважаемая Анна Ильинична, — досадливо начал он, снимая с вешалки шинель, — я знаю все, что вы мне скажете, но порядок есть порядок. Закон один для всех. Господа военные неудачно пошутили, господин Уваров принял все на свой счет, в результате мы имеем безобразную драку, жалобу жителей на ночной шум и требование от собственника магазина возместить ущерб за разбитую витрину и выставленный в ней товар. Обещаю, мы во всем разберемся, но в общем порядке. Пока в камере остались два ломовых извозчика, случайно ввязавшихся в дуэль между господином Уваровым и корнетом Шеметовым. Корнет Шеметов потерял в драке зуб и подал жалобу на господина Уварова.

— Так драка или все-таки дуэль? — ехидно поинтересовалась я. — Все, что вы мне сказали я знаю. Но вижу это под другим углом. Итак, я тоже хочу подать иск — о дискредитации моего достоинства как графини Оболенской этим вашим корнетом Шеметовым и его дружками на благотворительном балу у генерал-губернатора. У меня есть свидетельницы, и они дадут показания. Одна из них уже была сегодня в вашем участке.