Книга Договор с Двуликим. Вторая жизнь маркизы, страница 100 – Майя Марук

* * *

Мэй

Госпожа выглядела расстроенной, а Мэй чувствовала себя виноватой за то, что рассказала о танцах Янь-Янь и о том, что князь за этими танцами наблюдал. На самом деле, сделала это служанка неосознанно. Поддалась злости и ревности, когда увидела, что и Лян смотрит на эту бесстыжую женщину. И теперь, когда госпожа изо всех сил пыталась удержать лицо и не выдать обиды на князя, мучилась от чувства вины.

Мэй, хоть и понимала, что у мужчины должно быть много женщин, особенно если этот мужчина — член императорской семьи, но все равно негодовала вместе со своей хозяйкой.

— Госпожа моя, это ничего не значит. Вы же не будете ревновать к служанке? Или к наложнице?

— Не буду, — голос Мин-Сю едва заметно дрогнул. — Князь — свободный мужчина. Он не обязан отчитываться.

Слова госпожи звучали правильно. Настолько правильно, что ранили не только саму Мин-Сю, но и Мэй. Эту ситуацию она тут же перенесла на себя. Представила в объятиях слуги Ляна другую женщину и поняла, что ни за что не согласиться на брак. Она просто не сможет выдержать присутствие чужой женщины рядом со своим мужем. Или если все же придется выйти замуж, то выберет нелюбимого мужчину. Выйдет по расчету. Чтобы сердце было спокойно и никогда не болело из-за предательства.

— Госпожа моя, — она снова обратилась к хозяйке, — вам нужно что-нибудь съесть. Посмотрите, какой прекрасный суп. Он укрепит тело. Это так важно зимой. Вы же не хотите, чтобы бабушка переживала за ваше здоровье?

Мэй всегда вспоминала старую госпожу дома Вэй, когда нужно было уговорить хозяйку поесть. За месяцы замужества от переживаний Мин-Сю сильно похудела. И сейчас заботливые слуги во что бы то ни стало пытались хоть чуть-чуть откормить хозяйку.

— Я не голодна, — повторила девушка. — Прикажи все убрать.

Мэй поджала губы. Она хотела что-нибудь возразить, но не нашла в себе смелости. Юй подошла к столу, чтобы собрать тарелки, как двери в павильон открылись. Мэй поежилась. Она и так побаивалась князя, но сегодня от Хань-Шэна исходила какая-то особенно тяжелая энергетика.

— Оставьте нас, — приказал князь.

Мэй замерла в нерешительности. Она должна была исполнять указания старшего, но жутко боялась оставлять Мин-Сю с ним.

— Вернешься позже, — услышала она голос хозяйки. — Я сама помогу князю с ужином.

* * *

Хань-Шэн

Мин-Сю выглядела расстроенной. Хань сначала растерялся. Это, кажется, было впервые, когда он не знал, как успокоить женщину. Он тут же подумал об отце. Попытался вспомнить, что император делал, чтобы утешить Благородную Супругу.

— Как вы себя чувствуете? — осторожно спросил князь.

Вопрос о здоровье всегда был уместен, когда у женщины было плохое настроение.

— Я здорова, не беспокойтесь, — сдержанно ответила Мин-Сю.

И эта сдержанность князя напугала. Он замолчал. Отец когда-то сказал, что если женщина перестала капризничать и что-нибудь от тебя требовать, значит она перестала любить. Мин-Сю никогда не капризничала и ничего от него не требовала, но ее холодность почему-то напомнила именно эти слова.

— Это не беспокойство. Заботясь о вас, я исполняю свои обязанности, — он взял палочки и положил ей в тарелку кусочек утки.

Он знал, что она очень любит птицу. Но в этот раз еду девушка проигнорировала. Только сглотнула слюну. Ему показалось, что сглотнула она не от голода, а от горечи.