Книга Договор с Двуликим. Вторая жизнь маркизы, страница 110 – Майя Марук

В прошлой жизни я думала, что Фэн-Жун использует моего отца, чтобы войти во дворец. Но это было правдой лишь отчасти. Мать маркиза была давно связана с наложницей Цян и ее семьей. Оказалось, что между этими двумя интриганками существовали очень дальние, но все же, родственные связи. Не знаю, насколько теплыми отношения были между бывшей свекровью и императорской наложницей, но уже сам факт того, что Цян доверяла старой госпоже корреспонденцию, говорил о многом.

В прошлой жизни моего отца обвинили в измене после того, как его войско потерпело поражение, а потом кто-то предоставил письма, подтверждающие связь генерала Вэй, с сюннами. Я не знала подробностей, так как уже тогда находилась в изоляции ледяного двора и новости не доходили. Но эти события должны были произойти только через несколько лет. К счастью, заговор удалось раскрыть.

— Твой отец также сообщил о том, что им удалось найти несколько шпионов. И установить их связь с отцом наложницы Цян, — добавил Хань-Шэн.

— Я и не думала, что у варваров есть такие ресурсы. Шпионы стоят дорого.

— Я тоже сначала не понимал, откуда такая наглость. Пока твой брат, Сяо, случайно не обнаружил золотой рудник, контролируемый варварами.

— Случайно?

Я хорошо знала Сяо. Этот мужчина никогда и ничего не делал случайно.

— Я не буду вдаваться в подробности личных мотивов твоего брата, — тактично ушел от вопроса Хань.

Я не стала настаивать на ответе. Только понадеялась, что у самой будет возможность задать старшему брату несколько вопросов. Например, что он делал на территории сюннов.

— Значит, золотом можно все решить?

— Не все, — ладонь князя накрыла мою кисть. — Но большинство трудностей этот рудник позволил преодолеть.

— И что теперь князь будет делать?

— Готовить моей прекрасной княгине свадебный дар.

Его ладонь как будто стала горячей. Он облизнул пересохшие губы, а потом спросил:

— Можно?

В комнате плясали огни свечей. Они отражались в черных зрачках Хань-Шэна. Слова застряли в горле, но я кивнула и не успела понять, как он оказался совсем близко. Прохладные губы обожгли кожу. Глаза закрылись. В этот раз князь целовал осторожно, трепетно, словно боялся сделать больно или спугнуть.

— Мин-Сю, — прошептал он, касаясь губами моего подбородка. — Ты мое единственное сокровище. Моя хозяйка. А я всегда буду твоим верным рабом.

Хань-Шэн

Княгиня возвратилась к себе. Хань-Шэн не мог заставить себя вернуться к работе. Он долго, издалека, наблюдал, как госпожа заходит в павильон, потом засуетились слуги, готовя ее ко сну. Сегодня была тревожная ночь. Та ночь, когда он не мог контролировать происходящее и приходилось довольствоваться тем, что есть. И только ее безопасность заставляла его чувствовать себя немного уверенней.

Хань сидел в дальней беседке. Ее не было видно из двора княгини, но он мог наблюдать за всем, что происходило рядом с любимой женщиной: одна из служанок носила воду для ванной госпожи, другая вынесла жаровню, чтобы заменить уголь, Мэй пошла в сторону малой кухни, чтобы сделать согревающий отвар для своей госпожи, и застыла. Все вокруг застыло. Даже редкие снежинки остановились в воздухе.

Сердце Хань-Шэна больно ударилось о ребра, и он услышал тихие шаги за спиной и тихое шуршание подвесок “лю”. Хань не обернулся. Он знал, кто явился к нему. Двуликий тихо прошел вперед, и князь увидел лицо старика.