Книга Договор с Двуликим. Вторая жизнь маркизы, страница 114 – Майя Марук

На банкете к его столу поднесли яд. Князь не помнил, что происходило в момент отравления. Он даже не понял, в какой момент это отравление произошло. Только обрывки воспоминаний остались в сознании: крики жертвы, звук рвущейся ткани, безумная, ни с чем не сравнимая боль, с которой невозможно было справиться.

Он пришел в сознание только через несколько недель, уже в столице. Но тогда, полностью избавиться от яда у него не получилось. Тело удалось сохранить чудом, а вот разум — нет. Постепенно яд сводил его с ума. К лету князь Хань-Шэн превратился в сумасшедшего.

Благородной Супруге и императору пришлось закрыть его в дальнем поместье, приставить верных слуг и годами искать лекарей, чтобы хоть как-то облегчить страдания сына. Все это держалось в строжайшем секрете. Но теперь Хань знал, что так в прошлой жизни его вывели из гонки за престол. И не только его.

Наследный принц в ту ночь лишился не только любимой женщины, но и поддержки дома гогуна. Генерал Вэй, спустя несколько лет, был обвинен в измене и убит вместе с семьей. Северные границы ослабли. Шпионы начали действовать наглее, разрушая стабильность изнутри. На фоне тяжелой зимы и стараниями маркиза Фэн-Жуна, в уезде, которым должен был управлять Хань, вспыхнули волнения.

Император отправил наследника погасить бунт и предупредить надвигающийся голод в уезде. Но по дороге принц попал в засаду. Отец отправил на поиски пропавшего наследника людей. Охрана дворца ослабла. Второй князь устроил кровавый переворот, убив императора, императрицу и Благородную Супругу, которая пыталась спасти мужа.

За Хань-Шэном тоже пришли. Он тогда не знал о том, что произошло в столице. Безумного князя вытащили ночью из постели в одном белье. Холодный ветер пронизывал до костей, но он ничего не понимал. Все было как в тумане. Слабоумный не мог адекватно осознавать происходящего или защищаться. Он и не пытался. Что произошло, он понял только тогда, когда меч пронзил его сердце. И тогда разум князя снова стал ясным.

О том, что произошло в прошлой жизни, князь вспомнил только после того, как Мин-Сю спасла его от яда. Воспоминания пронеслись болезненной вспышкой беспомощности и отчаяния. А потом он начал осознавать, что происходит.

Это было по-настоящему неприятное чувство, понимать, что и в этот раз он был на волосок от провала. Что если бы слуга, управляющий повозкой, случайно не заблудился и не оказался рядом с поместьем Фэн-Жуна, то, скорее всего, точно так же как и в прошлой жизни, он отправил бы письмо генерала посыльным. И история могла повториться вновь.

Хань сглотнул ком. В прошлой жизни он не знал, что происходило с Мин-Сю в доме Фэн-Жуна. Никто не знал. Хозяин особняка славился если не добротой, то справедливостью и щедростью. Ни у кого не могло возникнуть мысли, что законная супруга терпит побои и унижения.

По щеке покатилась горячая слеза. Теперь Хань точно знал, что в прошлой жизни они с маркизой умерли одновременно. Она терпела многолетние мучения, а он сгорал от безумия. Вот только спросить, помнит ли она прошлое, Хань-Шэн не решался.

Он задул свечу и осторожно лег с ней рядом. Женщина не проснулась, но доверчиво прижалась к нему всем телом. Дыхание ее стало ровным и глубоким. Словно она ему доверяла. И у него больше не было права это доверие предать.