Книга Имя назовет Мальвина, страница 10 – Татьяна Миненкова

По лицам Осипова, Крылова и Семенова понять их отношение к услышанному не получается. Они вставляют в речь Максима своевременные комментарии и обещают посильную помощь в любых вопросах, но вряд ли разделяют его энтузиазм.

Когда заканчивается короткое совещание, Данил и Гевельс сразу выходят: первый, чтобы освободить кабинет заместителя, второй — чтобы его занять. А я специально задерживаюсь, чтобы в приемной поравняться с Семеновым. Легко касаюсь его локтя, заставляя остановиться:

— Кость, можно тебя на минуту?

Это спонтанный порыв, но он правильный. Нам нужно поговорить, прояснить утренний инцидент и отношения в целом, чтобы продолжить нормально работать. Но начальник тяжких оперативников, очевидно, так не думает:

— Тороплюсь, Мальвина, давай в другой раз, — произносит он, отводит взгляд и, не найдя больше, куда его деть, останавливает на циферблате наручных часов.

Мне одной кажется, что «в другой раз» это такое завуалированное «никогда»? Костя ведь мог сказать «вечером» или обозначить точное время. Но никогда, так никогда. Это тоже курс для отношений, причем довольно точный. От этого становится еще паршивее. Ещё и Светочка уже появилась в приёмной. Заметив её заинтересованный взгляд, я отворачиваюсь от Семенова и изображаю безразличие. Только сплетен мне сейчас для полного счастья не хватало.

Ситуацию неожиданно спасает Крылов, крикнув:

— Алина, ты еще не ушла? Зайди, пожалуйста.

Я возвращаюсь в кабинет руковода, но что-то подсказывает, что начало слухам о том, что я бегаю за Костей всё равно уже положено и никуда от этого не деться.

Money, Money, Money — Christian Reindl, Lloren, Power-Haus

Жду, что начальник станет говорить о новом деле, но у него другие планы:

— Раз уж ты теперь будешь занята расследованием по МИГ, Алина, я решил не нагружать тебя работой, — сообщает Федор Михалыч. — Но пару дел всё же поручу.

Я на такую щедрость и не рассчитывала. Рабочий завал для следователей — обыденность. Гора материалов из сейфа тоже никуда не делась. Да и вообще, с головой нырнуть в бумажную рутину, чтобы отвлечься от мыслей о Косте, сейчас не помешало бы.

— Хочу Серегина в отпуск отправить, он в нем полтора года не был, — продолжает руководитель. — А у него два дела осталось. Одно — простое, людей допросить, экспертиз дождаться и прекратить за отсутствием состава, а второе — экономическое, но уже законченное. Обвиняемый с адвокатом с материалами знакомятся. Суд уже по времени ограничил, но томов много, вот и приходится в изолятор ходить, чтобы он демонстративно по сто листов в день читал. Скажи Кириллу, чтобы в ваш кабинет ящики с томами перенес.

— Хорошо, — я киваю. — Федор Михалыч, а можно ещё по новому делу вопрос?

— По какому из них?

— По МИГ.

Прежде, чем ответить, руковод поджимает губы и задумчиво постукивает пальцами по столу, потом устало потирает ладонью шею:

— Я не видел это дело, Алина, — признаётся он хмуро и добавляет: — И вряд ли буду посвящен в детали расследования, поэтому не сумею чем-то помочь. Спроси у Гевельса. Уверен, он сегодня вас еще соберет и расскажет подробности.

Это слишком уклончивый ответ, а понять настроение начальника не получается. Что-то в его тоне настораживает меня, но что именно?