Книга Имя назовет Мальвина, страница 103 – Татьяна Миненкова

В темноте ни марку, ни модель не рассмотреть. Вокруг сопки, лес и темная трасса. Семенов внешне спокоен и никак не комментирует ответ, но в полутьме салона я вижу, как напряжены пальцы, сжимающие руль и как четко лунный свет очертил его настороженный профиль, когда он задает следующий вопрос:

— Что ты видела?

— Пять человек. — Расслабленное забвение, в котором только что хотелось утонуть, исчезло бесследно. В горле пересохло, а мышцы, как струны, снова натянулись до предела. — В черной спецодежде и масках. С оружием. Разговора я не слышала.

— Ясно. — Коротко резюмирует Семенов, ни на секунду не отводя взгляда от дороги.

Мы спускаемся с перевала, но какую бы скорость ни развивала Камри, слепяще-яркий свет фар заливает боковые зеркала. А когда глаза немного привыкают, выясняется, что нас преследует не одна машина, а две. Я не решаюсь отвлекать Костю вопросами. Вжимаюсь в кресло, оставив невысказанным комментарий о том, что к такому жизнь меня не готовила. И всё же ахаю, когда что-то коротко и звонко скребет обшивку машины.

Камри увеличивает скорость, но я не смотрю на спидометр. Только вперед, в темноту, где усилившийся снег хлопьями засыпает дорогу и узкую обочину. Мое сегодняшнее везение оказалось сомнительным. Оно было обманчиво-утоптанной тропинкой, что заводит глупых путников в трясину. И я не просто влезла в самую топь, но и втянула Семенова. Он не выглядит взволнованным, просто сосредоточен сильней обычного.

Хочется съязвить, что вчера, заявляя, что один из нас может глупо и безрассудно погибнуть, он не учел еще один вариант: погибнуть можно вместе. Одновременно. Тогда больно не будет ни одному из нас. Но отчего-то этот вариант тоже не кажется привлекательным.

Зато именно он в следующую секунду становится наиболее реальным. Машину внезапно разворачивает и крутит по дороге, словно на карусели, так быстро, что изображение перед глазами плывет, а к горлу подкатывает тошнота. Я зажмуриваюсь, наощупь нахожу бедро Семенова и впиваюсь в него ногтями. Умирать не хочется. Не сейчас.

Но не то полоса моего везения не закончилась, не то обманчиво-утоптанная тропка еще не оборвалась — Камри резко останавливается, уткнувшись передним бампером в заснеженный леер. Меня с силой швыряет вперед, но ремень безопасности спасает от удара. В машине повисает оглушительная тишина. На мгновение, длящееся меньше секунды, ладонь Кости накрывает мою руку, но тут же отпускает, оставив ощущение, что теперь на этом месте чего-то не хватает.

— Выходим. Быстро, — сухо командует Семенов и щелкнув ремнем безопасности, распахивает водительскую дверцу.

Открываю глаза. Пытаюсь прийти в чувство, и заставить мир перестать вертеться. Всё вокруг кажется нереальным: темнота, писк датчика открытой двери, снежные хлопья, кружащие в свете фар. И я застываю, совершенно потеряв концентрацию.

— Быстрей, Мальвина, — торопит Костя.

Он уже обошел Камри, успев открыть дверь и мне. Щелкаю ремнем и выскакиваю на улицу ошарашенная и потерянная. Снег, падая, щекочет нос и щеки. Машины преследователей сдают назад — пока нас вертело вокруг своей оси, они не рискнули соваться ближе, но теперь, оценив степень нашей с Семеновым уязвимости, торопятся восполнить упущенное.

— Давай руку! — Костя помогает перебраться через помятый леер, потому что делать это в узком платье — то еще удовольствие. Он машет головой в сторону леса: — Туда!