Онлайн книга «Совершенство»
|
Когда яхта приближается к Владивостоку, телефон, на котором наконец появился сигнал оператора сотовой связи, начинает беспрестанно пиликать. Все уведомления – из соцсетей. Кто-то выложил новую сторис, кто-то – фото. Кто-то это фото оценил, а кто-то прокомментировал, и так по кругу. Ни одного пропущенного звонка. Ни одного сообщения. И даже ни одного предложения о рекламе. В приступе меланхолии думаю о том, что, утони я позапрошлым вечером, никто бы этого не заметил. Даже брат не звонил, ни разу обо мне не вспомнив. Нестеров, пожалуй, и не подозревает, насколько никчемную и бесполезную девушку он спас. Еще одним неприятным открытием является уменьшение количества подписчиков примерно на четверть – результат молчания и скандала с Зориной. Захожу в ее профиль – там тоже затишье. Лишь пара ничего не значащих фото голубого неба из иллюминатора самолета. У нее подписчиков тоже поубавилось, и этот факт делает осознание собственной неудачи немного легче. За просмотром соцсетей время пролетает незаметно, и когда я, почувствовав остановку, выхожу на палубу, Дубинина уже спускается по трапу, а Ник торопится за ней, пытаясь помочь донести сумку. Выглядит это жалко и унизительно. В отличие от солнечного пляжа, где мы провели три дня, во Владивостоке привычно сыро и прохладно. Вокруг серость, и в воздухе повисла привычная туманная дымка. Сейчас, когда город настолько солидарен с моим собственным настроением, я не чувствую к нему былой ненависти. Просто безразличие и такую же блеклую, как туман, апатию. Я прощаюсь с капитаном и поднимаю неуверенный взгляд на Нестерова, стоящего с ним рядом на палубе. На нем снова солнцезащитные очки-авиаторы, и, кажется, это обусловлено не погодой, а нежеланием встречаться со мной взглядом. Лицо кажется непроницаемым, чтобы по мимике можно было понять настроение. Но в следующий миг Марк молча протягивает руку за моей сумкой, а другую подает мне, чтобы помочь спуститься. От этого жеста в душе вспыхивает крохотная надежда на то, что он меня простил. Что остыл и теперь не так сильно злится. Что готов выслушать, дать возможность оправдаться и все исправить. Я нерешительно вкладываю пальцы в его ладонь, сухую и горячую. И пока, держась за нее, спускаюсь следом за ним, мысли наполняются воспоминаниями о том, как нам было хорошо вместе. Узкий трап кажется все таким же неустойчивым и шатким, как и пару дней назад, но на этот раз я знаю, что рядом со мной тот, с кем ничего не страшно, потому что он способен защитить от любых невзгод. Надежен настолько, что не раздумывая нырнет на морскую глубину, чтобы спасти меня. Однако, как только мои ноги оказываются на пирсе, Нестеров тут же отпускает руку. — Марк, – понимая, что это последний шанс объясниться, перед тем как мы расстанемся, я хватаю его пальцы снова. – Выслушай, пожалуйста. Возможно, я и правда виновата, но очень сожалею о том, что все так получилось! Я понимаю и признаю свою ошибку. Если бы я только могла вернуть все назад… Но Нестеров не собирается дожидаться окончания моего монолога. Он уверенно идет дальше, широкими шагами меряя просоленные морской водой доски пирса. Его рука выскальзывает из моих пальцев, когда он безэмоционально и холодно бросает, не оборачиваясь: — Я тоже хотел бы вернуть все назад. И в тот день, когда Лера попросила меня подъехать к тебе, чтобы помочь, сказать, что занят. |