Книга Несовершенство, страница 143 – Татьяна Миненкова

— Ну хоть денёк ещё постойте, чего вам стоит? — бормочу я, видя, как букет нехотя оживает — совсем чуть-чуть, но всё же.

Раскладываю на кухонном столе документы из жёлтой папки. Проекты договоров, копии эскизов из мебельного каталога, примерные расчёты стоимости товара. Составляю письмо руководителю, осторожно подбирая правильные слова, чтобы объяснить то, почему наша сторона так затянула заключение сделки. Заверяю, что в ближайшее время Альянс, и я лично, будем готовы поставить точку в этом вопросе, и наш представитель обязательно прибудет в Турин для личной встречи.

Итальянцы любят решать такие вопросы лично. Считают, что только при встрече можно добиться того уровня доверия, которого не достичь через монитор или телефонные звонки. Им важно видеть эмоции и слышать интонацию, смотреть в глаза, создавать связи. Мне тоже это важно. И чем больше я думаю об этом, тем сильнее понимаю, что лететь в Турин нужно именно мне.

Если абстрагироваться от желания быть поближе к Алексу, от подписки о невыезде, от всех, свалившихся за последние две недели проблем — лишь я смогу вывести Итальянский проект во что-то сто́ящее. Сумею не дать ему потеряться среди иных капиталовложений Альянса. Доведу его не просто до конца, а до успешной реализации. У меня теперь есть на это силы, но пока нет возможностей.

Не спешу делиться этими мыслями с Миланой, когда она звонит, чтобы рассказать о последних приготовлениях к свадьбе. И вчерашними приключениями тоже хвастаться не спешу. Подруга бы заметила, что со мной что-то не так, но она слишком поглощена последними приготовлениями к свадьбе.

— Два дня, представляешь! — Её голос передаёт волнение даже через телефонную трубку. — Чем ближе этот день, тем больше мне кажется, что я вместо ЗАГСа уеду в психоневрологический диспансер!

— Почему?

— Потому что Нестеров поставил мне ультиматум, что не будет со мной разговаривать, если я не возьму его фамилию! — возмущённо выдаёт она. — А я не хочу брать его фамилию, планируя остаться Авериной! И сегодня он сказал, что Авериной я могу быть одна, без него, представляешь!

— А ты? — интересуюсь я, проявляя подобающее участие.

— Я объяснила, что в таком случае мне и замуж за него не очень-то хочется!

— А он? — Такие разговоры: когда собеседнику важнее поделиться, чем что-то узнать, позволяют продолжать заниматься своими делами без ущерба утерять важную информацию. Поэтому, слушая, я укладываю в противень цветную капусту и стейки форели. Посыпаю специями и убираю в разогретую духовку, пока Милана продолжает:

— Заявил, что тогда и ему не очень-то хочется на мне жениться, хлопнул дверью и уехал на работу, — неожиданно всхлипывает она. — Просто уехал на работу, оставив за собой последнее слово, представляешь!

Я усмехаюсь, но так тихо, чтобы это не было понятно собеседнице. Со стороны, в чужих отношениях всё выглядит как на ладони. Марк любит Милану, а Милана любит Марка, и они в любом случае помирятся к свадьбе и придут к компромиссу. Было бы с Лексом так же легко, так нет — поди разбери, что у Волкова на уме. Осторожно любопытствую:

— Тебе важнее, чтобы он был рядом, или чтобы в очередной раз уступил?

— Чтобы уступил и был рядом, — ворчит Лана. — Мне нравится моя фамилия, и я не собираюсь её менять!