Книга Катамаран, страница 72 – Александр Ольшанский

— Пётр умер через несколько лет, а браслет бесследно исчез, – горько улыбнулась Таня. – Всплыл потом в запасниках Эрмитажа, а позже был подарен Хрущевым вашему президенту по случаю открытия Асуанской ГЭС в семидесятых годах прошлого века, как написано в вашем музейном каталоге. А из каирского музея был украден и вот теперь он здесь. С нами.

Самира с суеверным ужасом посмотрела на изображение изящного серебряного браслета с зелёными камнями. Для неё, выросшей на рассказах о джиннах, древних обрядах и сглазах, история проклятия была не сказкой, а вполне возможным объяснением всех их бед.

— Этот браслет… он был в Каире. Его украли. И теперь он с нами. И Финехас мёртв. Это не случайность, Таня. Это… это не просто совпадение.

И тут с Самирой произошло нечто странное. Её лицо вытянулось, глаза расширились. Она вскочила, словно её ужалила оса.

— Портфель! – выдохнула она, хватая Танину руку. – Я видела! Я видела эскиз этого браслета в портфеле моего ненавистного жениха! Масуда! За несколько недель до кражи в музее! Он что-то говорил о «новом приобретении для своей коллекции»… Я подумала тогда, что он купил реплику… я не связала это…

Она замолчала, осознав ужас того, что только что сказала. Если Масуд интересовался браслетом ещё до кражи, значит, он если и не организовал её сам, то точно был в курсе. И он, с его связями и возможностями, был тем, кто мог вскрыть баллон на своей же верфи.

— Таня, я не знала! – заговорила она путано, и слёзы выступили у неё на глазах. – Я клянусь, я не знала, что он задумал такое! Я думала, он просто… помогает мне… нам на своей верфи, чтобы уговорить меня всё-таки выйти за него… после моего очередного отказа… я не думала, что он…

Таня смотрела на неё, и все кусочки пазла, наконец, встали на свои места. Страх Самиры, её нервозность, её попытки свалить вину – всё это было не от злого умысла, а от панического ужаса перед человеком, за которым стояла настоящая власть и, возможно, настоящий криминальный мир.

— Всё в порядке, Самира, – тихо сказала Таня и обняла её. – Всё в порядке. Теперь мы многое поняли. И мы вместе!

Это было первое по-настоящему искреннее объятие между ними. Две соперницы, два разных мира, два разных характера, нашедшие общий язык перед лицом общего, только что названного по имени врага.

— Мы должны всем рассказать, – сказала Таня, когда Самира немного успокоилась.

— Да, – твёрдо кивнула та, вытирая слёзы. – Пора заканчивать с ложью. Со всей ложью. Пора называть вещи своими именами.

Они пошли к Александру и Паоло, которые в это время вместе с Иштваном изучали карты ближайших портов. Увидев их решительные лица, Александр сразу понял – случилось что-то важное.

— Мы знаем, кто стоит за всем этим, – без предисловий сказала Таня. – И у нас есть доказательства.

Проклятие браслета «Девять глаз Ибиса», веками сеявшее раздор и несчастья, впервые, парадоксальным образом, стало причиной, объединившей двух самых непримиримых соперниц в их маленьком, хрупком, плывущем через океан мире. И, похоже, этот союз становится прямо на глазах изумлённых парней крепче любого серебра и страшнее любого древнего заклятья.

Словно расплавленная медная монета, солнце медленно погружалось в океан, окрашивая небо в тревожные багрово-лиловые тона. Редкие крики чаек и мерное шуршание волн о корпус. Вся команда в сборе. Предстоял самый важный с момента отплытия разговор.