Книга Катамаран, страница 78 – Александр Ольшанский

Он так и не ответил. Не потому, что не хотел. Он проверил данные ещё раз, прогнал модель на трёх разных серверах. Результат был один и тот же: в точке с координатами 23.5° с.ш., 45.2° з.д. происходило нечто аномальное. Спутанные волновые паттерны, резкий скачок давления – классические, пугающие предвестники. Вероятность встречи с волной-убийцей в ближайшие 72 часа оценивалась в 69%. Цифра горела на экране красным, как свежая рана.

Юнгзе откинулся на спинку стула, закрыл глаза, и его снова охватило знакомое, гнетущее чувство. Он был часовым на невидимой башне, вглядывающимся в цифровую тьму, в то время как его друзья плыли навстречу реальной угрозе. Он видел их лица: решительное – Александра, надменное – Бьорна, озорное – Паоло, озабоченное – Иштвана. И её. Анну Мари. Он представил, как она, наверное, сидит сейчас в каюте, прижимая к себе Лилу, и старается не думать о новых приступах морской болезни. Его сердце сжалось от острой, физической боли. Он знал об их страхе, об их надеждах, о тайне, которую они везли в своих баллонах. Он знал и об океане в том месте почти всё, словно Посейдон, но был бессилен что-либо изменить, кроме как посылать в эфир сухие цифры и предупреждения.

Его мысли прервал тихий, слабый голос с кровати.

— Сын… Ты всё ещё за работой?

Отец обратил на него свой испытующий взгляд.

— Да, ба-ба, – мягко ответил Юнгзе, подходя к нему. – Немного. Как ты себя чувствуешь?

— Старость – не радость, а болезнь – и вовсе тяжкая ноша, – прошептал старик. Он сделал паузу, чтобы перевести дыхание. – Ты не должен всё время торчать здесь, у моей постели. Ты молод. У тебя должна быть своя жизнь.

— Это моя жизнь, – тихо, но твёрдо сказал Юнгзе. – И моя обязанность.

— Обязанность… – отец покачал головой, и в его глазах мелькнула знакомая Юнгзе укоризна, смешанная с любовью. – Я дал тебе образование, чтобы ты смотрел вперёд, а не назад. Чтобы ты продолжил наше дело. А ты… ты день и ночь следишь за какими-то сумасшедшими на самовольно переделанном плоту посреди океана.

— Это не плот, папа. Это современный катамаран. И они не сумасшедшие. Они… – Юнгзе запнулся, подбирая слова. – Они проверяют гипотезу. Ищут гигантские волны в Атлантическом океане. Это важное научное исследование.

— Искать приключений на свою задницу – это не наука, это безрассудство, – с внезапной резкостью выдохнул отец и закашлялся. Юнгзе подал ему стакан с водой, помог сделать глоток. Когда его кашель утих, он снова посмотрел на сына. – Твой дед, мой отец, был геологом. Он открыл два новых месторождения в Сычуани. Вот это была наука. А эти твои друзья… эта француженка с обезьянкой… – Он махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху.

Сердце Юнгзе ёкнуло. Отец не понимал. Он не мог понять, что для Юнгзе эти «сумасшедшие» были теперь его большой семьёй, которой у него никогда не было. Что их путешествие было и его путешествием. Что каждый раз, отправляя им данные, он мысленно стоял у штурвала рядом с Александром, чувствуя солёные брызги на лице.

Разве сам отец не осуществлял дерзкие и масштабные планы всю жизнь, не участвовал в создании сложнейших космических аппаратов для лунной программы Китая?..

Но Юнгзе не стал спорить. Он просто кивнул и отошёл к столу, оставив отца дрейфовать обратно в сон. Он снова уставился в экран. Красные цифры «78%» казались ему теперь не просто вероятностью. Они были приговором, который он вынес своим друзьям, и у него не было власти его отменить.