Книга Дикая охота короля Стаха, страница 105 – Владимир Короткевич

«Как я мог быть таким беспечным?» – с ужасом подумал я.

Нет, с ним надо было кончать. Он сам опаснее, нежели десять диких охот. Хорошо, что я лишил его тогда на некоторое время возможности ездить верхом, иначе мы бы легко не отделались. Он бы не поехал прямо на пули, он бы не дробил отряд, он бы раздавил нас с Рыгором, как котят, копытами своих коней, и сейчас мы лежали бы где-то на дне Прорвы с выколотыми глазами.

— Присылай сюда, Рыгор, человек семь. Они будут выбивать дверь тут, вы – с парадного входа, а я попробую отодрать доску в мшанике и броситься на него. Только всем сразу.

И я вытащил из кармана револьвер.

— А может, попробовать выдать себя за охоту, постучать в окно и, когда откроет, схватить. Родственников он на эту ночь отослал, один в доме, – предложил Рыгор.

— Ничего не получится. Это хитрый лис.

— А все-таки попытаться… Понимаешь, крови жалко…

— Смотри, хлопец, чтобы хуже не было, – покачал я головою. – Но попробуй.

Коней подвели к дому, люди мои заговорили. Я с радостью увидел в окно, что лицо пана Рыгора просветлело, как будто он дождался наконец. Он пошел со свечою к двери, но вдруг остановился, недоумение отразилось на его лице. В тот же миг он дунул на свечу и комната погрузилась во тьму. Дело срывалось.

— Хлопцы! – крикнул я. – Окружайте дом.

Послышался топот бегущих ног, окрики. С двух сторон начали ломать двери, бить в них тяжелым. А из мезонина сразу прозвучал выстрел, и я услышал, как кто-то рядом со мною испуганно ойкнул. Еще выстрел.

И сразу за выстрелом раздался с высоты нечеловеческий от ярости голос Дуботолка:

— Обложили, собаки. Погодите! Шляхта так не сдается!..

Из второго окна мезонина вылетел сноп огня. Дуботолк, видимо, перебегал от окна к окну, стреляя во все стороны по подступающим людям.

— Ого, да у него там целый арсенал, – тихо произнес Рыгор.

Слова его прервал еще один выстрел. Молодой парень рядом со мною покатился по земле с пробитой головою. Дуботолк стрелял лучше самого лучшего охотника-полешука. Еще выстрел.

— Прижимайтесь к стенам! – крикнул я. – Там пули не заденут.

Пули наших парней, стоявших за деревьями, отбивали щепки от бревен мезонина, брызгали штукатуркой. Но понять, в каком окне появится Дуботолк, было невозможно. Победа наша обещала быть пирровой.

— Андрей! – гремел голос Дуботолка. – Ты тоже получишь свое. За моей душой пришли, дьяволы, – отдадите свои души. Шляхта белорусская не сдается!

Я хорошо знаю, как держат себя крестьяне во время бунтов. Достаточно нескольких неожиданных выстрелов – и возникает паника. Но это были наши лесовики, белорусская лесная кровь, привыкшая к опасности, стойкая даже перед смертью, охотники, меткие стрелки, лучше всяких солдат.

Эти не побегут.

— Факелы зажигайте, – крикнул я. – Бросайте их на крышу.

В тот же миг полыхнули вокруг дома три десятка огней. Некоторые из них, описав в воздухе полукруг, падали на крышу и, разбрызгивая вокруг себя смолу, постепенно начинали протягивать языки пламени к окнам мезонина. В ответ на это послышался рев.

— Сорок на одного! Да и то огнем пользуетесь! Благородство!..

— Замолчи! – ответил я. – А на одну девушку двадцать всадников выпускать благородно?! Вон они, твои всадники, сейчас в трясине лежат. И ты там будешь.

Дом Дуботолка пылал. Желая быть подальше от стенки, я метнулся к деревьям и едва не упал: пуля «короля Стаха» пропела возле моего уха, даже волосы зашевелились. Но я все-таки стал за дерево и начал следить.