Книга Актер, страница 136 – Крис Макдональд

Я набрал в грудь воздуха и, зажмурившись, распахнул дверь, но, когда открыл глаза, Эмбер в машине не было. Вместо нее на сиденье лежал одинокий мини-диск; я подобрал его и прочел название на старой, пожелтевшей от времени наклейке: «Радиохед». Мини-диск принадлежал Патрику. Ее брату. Все сразу встало на места: и мигающая лампочка плеера, лежащего у нее на коленях, пока я рассказывал, что случилось с Патриком, и диск, который она так бережно спрятала в карман своей джинсовой куртки. Теперь она знала, что произошло с ее братом. Я сам ей рассказал, не упуская ни единой мучительной детали. Я рассказал, а она записала.

Я чуть не опоздал на самолет. Ошеломленный открытием и все еще куда более пьяный, чем предполагал, я полчаса разыскивал Эмбер вокруг офиса Киллиана, думая, надеясь, что она просто от меня прячется. Но она действительно уехала. Всю дорогу до аэропорта я лазил по новостным сайтам на своем древнем смартфоне, предположив, что Эмбер выложила запись в интернет, как только уехала, но время шло, а разоблачения все не было; меня подхватили у входа в аэропорт, доставили к выходу на посадку и усадили в роскошное кресло бизнес-класса, но даже когда до взлета оставались считаные секунды, ничего так и не произошло. В животе копошилась саранча; я ждал, когда погаснет табло «Пристегните ремни», и чувствовал себя как сидящий у кабинета директора школьник, которому грозит исключение. Я знал, что должен рассказать обо всем Ванессе.

— Ты что, нажрался? – спросила она, вытаращив глаза, когда я опустился в пустое кресло рядом с ней. Потом всмотрелась в мое лицо и, должно быть, увидела в глазах что-то катастрофическое, потому что весь ее гнев как рукой сняло. – Проклятье, что ты натворил?

Я рассказал.

— Твою мать. У нее ведь был ирландский паспорт, – вздохнула она, потирая лоб указательными пальцами. – У меня и копия есть в приложении к договору. И фамилия у нее Коллинз. Майкл Коллинз^[23]. Ничего более ирландского и не придумаешь.

— Наверное, девичья фамилия матери.

— Как же я так обосралась, а? – Она задрала голову, уставилась на вентиляцию в потолке, затем повернулась ко мне, качая головой. – Прости, Адам.

— За что ты…

— Это же я ее наняла. На груди, считай, пригрела.

— Как думаешь, – пробормотал я, – как думаешь, она все это планировала изначально, когда устраивалась на работу?

Несс только отмахнулась – какая, дескать, разница. Оглянулась на полупустой салон, словно надеялась, что решение найдется на одном из незанятых кресел. Посмотрела на свою ногу, начала двигать по ней невидимые фигуры, будто разыгрывала шахматную партию.

— Что она будет делать? – спросила Несс.

Я собирался поделиться соображениями, но она встала и пошла к бортпроводникам. Спросила что-то, указывая на свой телефон, – должно быть, попросила воспользоваться бортовым. Когда ей отказали, она указала на меня. Одна из стюардесс узнала меня и повернулась к начальнице. Посовещавшись, они все-таки пустили Несс к себе за шторку, и я невольно вспомнил сцену, в которой Гамлет убивает Полония через занавеску.

Я сидел парализованный и беспомощный. Знал, что должен быть благодарен Несс за то, что она снова пришла на выручку, но от мысли, что они с Делайлой натравят свою стаю летучих обезьян на совсем еще юную Эмбер, на Айфе, испытывал только смятение. Она потеряла брата, своего героя, еще ребенком, видела, как эта трагедия разрушила ее семью и оставила на ней несмываемый отпечаток, когда она не успела даже сформировать хоть какое-то представление о себе и мире.