Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 29 – Корнелл Вулрич

— Пока, Фрэнк, я вернусь, как только смогу.

— Позвони, когда доберешься, чтобы я знал, что ты нормально доехала.

— Очень надеюсь, что с ней все в порядке.

— Конечно, она до конца недели поднимется и будет расхаживать…

Она присела на корточки перед Куки, поправила ему кепочку, воротник курточки и край штанины укороченных штанишек и трижды поцеловала его в голову.

— Куки, будь хорошим мальчиком, во всем слушайся папочку.

Последнее, что она сказала, уже на ступенях автобуса:

— Фрэнк, у него в последнее время в привычку вошло рассказывать небылицы, я пытаюсь отучить его от этого; не потворствуй ему…

Она наконец-то была вынуждена отвернуться, потому что вслед за ней внутрь пытались забраться другие пассажиры, а она перекрывала вход. Водитель автобуса повернул голову и угрюмым взглядом проводил ее проход к месту. Он пробормотал:

— Боже правый, я везу вас всего-то на север штата, пара часов езды отсюда, не на мексиканскую же границу.

Моран вместе с чадом пересекли платформу и встали напротив ее места. У нее не получилось открыть окно, а то бы она еще бесконечно продолжала в том же духе. Пришлось довольствоваться воздушными поцелуями и поучающими жестами через стекло. Моран по большей части не мог разобрать, что все это значило, но прикинулся, что все понимает, покорно кивая, чтобы ей было спокойнее.

Автобус поехал по бетону с шероховатым шипящим свистом. Моран склонился к миниатюрной версии себя, поднял одну из его ручек-зубочисток.

— Помаши матери на прощание, – распорядился он. Мальчик неуклюже потряс конечностью взад-вперед, словно качал игрушечную помпу.

* * *

Он уже в десятый раз поминал Маргарет с возрожденным уважением, почти восхищением тем, как у нее получалось вообще что-то сотворить с таким хаосом – и не единожды, а день за днем, – когда раздался звонок в дверь.

Он громко простонал.

— Как будто у меня и без того дел недостаточно, теперь еще кого-то принесло, будут здесь околачиваться и смеяться надо мной!

Он был без пиджака и галстука, с закатанными от греха подальше рукавами и с заткнутым за пояс одним из передников Маргарет. Он умудрился разогреть ужин для Куки – Маргарет все так разложила, что только и надо было спичкой чиркнуть и зажечь газовую плиту, – после чего он смог, после долгой беготни, усадить Куки с едой за стол. Но на том достижения закончились. Как сделать так, чтобы малыш не колотил по съестному ложкой, мастеря из него эдакие куличики, так что все разлеталось во все стороны? В присутствии Маргарет Куки вроде бы просто ел то, что давали. С ним же мальчик обрушился на еду, комочки которой долетали даже до противоположной стены.

Моран все носился позади мальчика, пытаясь поймать шарики побольше, от которых был крупнее ущерб. Убеждения были не просто бесполезны, но и вредны; отец был в уязвимом положении, и Куки прекрасно осознавал это.

Дверной звонок раздался во второй раз. Моран же был так занят, что совершенно забыл о первом. Отчаявшимися пальцами он гребенкой провел по волосам, бегая глазами от Куки к двери и от двери обратно к Куки. Наконец, решив, что ничего хуже уже быть не может, кинулся открывать, стирая ошметки шпината чуть выше брови.

Это была женщина, он был с ней незнаком. Но приличная дама; она тактично обделила вниманием фартук с голубенькими незабудками в уголке, вела себя так, будто он выглядел совершенно нормально.