Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 42 – Корнелл Вулрич

— Он не спал. Кто из нас с ним разговаривает?

По прошлым «наколенным» допросам Куки уже знал Вангера. Мальчик одобрительно, даже немного корыстно, поглядел на него.

— Есть у вас мармеладки?

— Нет, доктор говорит, что ты и так объелся ими. – Вангер принялся за дело. – Кто твоего папу в каморку завел, Куки?

— Никто не завел, он сам пошел. Мы играли.

— Ты в этом же самом месте споткнулся, – некстати ляпнула полицейская.

Вангер обернулся с редкой для него вспышкой бешенства.

— Ради всего святого, не влезай! – Он сделал глубокий подготовительный вдох всем животом, чтобы с честью выдержать все, что его ожидало дальше. – С кем он играл, Куки?

— С нами.

— Да, но кто эти «мы»? Ты и кто еще?

— Я, он и дама.

— Какая дама?

— Та дама.

— Какая та?

— Та, что была здесь.

— Да, но какая дама была здесь?

— Дама, которая… которая… – Проблема была не в том, что Куки не старался. Его сбивала с толку диалектика. – Дама, которая с нами играла, – заключил он в порыве вдохновения.

Вангер уже практически израсходовал запас воздуха, который он втянул в себя; он дал его остаткам покинуть себя с удрученным свистом.

— Видишь, как он каждый раз от тебя увиливает? Этому мальчугану, когда подрастет, рот вообще будет ни к чему.

Вангер был в недобром расположении духа.

— Послушай, Макговерн, я не шучу, еще одна реплика, пока я тут занимаюсь…

— Чем же это ты занимаешься? – поинтересовалась та, но уже с разумной нечленораздельностью.

Вангер достал черный карманный блокнотик и повернулся к рассевшемуся у него на колене и блаженно болтающему ножками свидетелю.

— Вот что: во что вы играли?

— Прятки! – огласил со всей уверенностью Куки. Это была знакомая тема.

— Кто первым прятался?

— Я!

— А потом кто?

— Дама!

— А потом?

— А потом папа.

— Сюжет закручивается,– мягко пробормотал Вангер. Он записал что-то почти нечитабельное на свободной коленке, придерживая согнутой рукой свое второе бремя. «Звлекли…» Он вычеркнул это и подставил: «Завлкли…» Вычеркнул он и это, небрежно чиркая: «Заманили при игре в прятки».

Затем он поднял раздосадованный взгляд.

— Черт возьми! Не складывается вообще! Как это странная женщина, которую он никогда не видел, зашла к нему в дом и вынудила взрослого человека играть с ней в игры… просто так!

Язвительная полицейская сказала очень мягко, чтобы увериться, что ее невозможно будет обвинить в том, будто она вообще что-то говорила:

— Ты бы удивился тому, что бывает. Только обычно это не те игры, которые ты имеешь в виду.

Блокнотик ударился о противоположную стену и с мягким шелестом опустился на пол.

— Что такое? – спросил Куки, с интересом наблюдая падение вещицы. – Чего вам книжка-то сделала?

— Постой, ты принимаешь как само собой разумеющееся, что он никогда ее раньше не видел, верно? – попыталась напомнить ему Макговерн при всем риске схлопотать по шее.

— Ты же слышишь, что он каждый раз говорит! – неистово закричал на нее Вангер. – Я уже шесть раз записал это туда! Она никогда раньше не была у них дома.

Куки начал было снова морщить личико в обезьянью мордашку.

— Я не на тебя злюсь, сынок, – поспешно исправился Вангер, успокаивающе потрепав Куки пару раз по голове.

И тут вдруг – озарение. Куки посмотрел на него снизу вверх с сомнением человека, чья уверенность в отношениях с близким вдруг пошатнулась.