Книга Альпаки и алиби, страница 44 – Рейми Джеймс

Мы расселись за кухонным столом с грушевыми «Мулами» и огромным пакетом «Читос». Лорали достала телефон и показала фото Милы Диане Мари и Мисти-Дон.

— Не знаете ее?

— Мила, – фыркнула Мисти-Дон. – Судя по виду, имечко подходящее, но я ее не знаю.

— Видела ее пару раз в баре, – сказала Диана Мари. – Но фамилию никогда не слышала. В следующий раз попробую обратить внимание, с кем она общается. Может, подслушаю разговор и выясню.

— Я бы спросила, почему она вас так заинтересовала, – сказала Мисти-Дон. – Но, кажется, и так понятно. Это разве не ожерелье Руби Поттс?

— Я же говорила! – торжествующе воскликнула Лорали, обращаясь ко мне. – И, заметь, про ожерелье даже не пришлось спрашивать.

— Эй, полегче, я тебе и так верила, – напомнила я и повернулась к остальным подругам: – Мало того, она ужом извивалась вокруг Рэндольфа Поттса, совершенно игнорируя другого мужчину за столом. А «милый Рэнди» (ее слова, не мои) просто купался во внимании. Мы с Лорали думаем, что он мог изменять Руби с этой Милой. И, видимо, она в городе совсем недавно, раз ты ее не знаешь, Мисти-Дон. Ты ведь знаешь всех.

— Не переживай, – сказала Мисти-Дон. – Я поспрашиваю, и скоро мы узнаем историю всей ее жизни. Ну серьезно, сколько Мил может быть в радиусе пятидесяти километров от Хмельвилля?

— Ты удивишься, – рассмеялась Лорали.

— Учитывая наши подозрения насчет внеклассных занятий Рэндольфа, нужно выяснить, не вели ли они с Руби себя странно или отстраненно по отношению друг к другу, – сказала я.

— Он совсем не похож на убитого горем вдовца: раздает ее драгоценности, играет в гольф – а ведь еще даже похорон не было.

— Кстати, вспомнила, – перебила Мисти-Дон, – сегодня мне на работу звонила Пэтти Джин. Она спросила Большого Хэнка, что он видел до, во время и после ссоры Руби и Клем на выставке цветов. Он как раз был судьей в конкурсе тюльпанов и наблюдал за сценой, как говорится, с первого ряда, но ничего кроме кричащих дам не заметил. Когда Пэтти Джин переспросила, точно ли он не видел ничего странного, он задумался и сказал, что Уэйд Дэвис, похоже, переживал из-за ссоры больше, чем Рэндольф Поттс. Тот вообще всю перепалку проболтал по телефону, а Уэйд выглядел так, будто его вот-вот хватит удар.

— Очень интересно, – задумалась я. – Поведение Рэндольфа меня не очень удивляет, учитывая, как он держится после смерти Руби. Но почему этот Уэйд так переживал? Обязательно надо поговорить с ним.

— Завтра у меня дневная смена, а он по субботам почти всегда заходит в бар, – сказала Диана Мари. – Я с ним особо не общаюсь, знаю только, что он обычно берет самое дешевое разливное, но могу осторожно его расспросить, если думаете, что от этого будет толк.

— Если не хочешь разговаривать с ним одна, просто напиши, когда он появится, – предложила я. – Наверняка кто-нибудь из нас сможет подъехать. Я еще поговорю с Клем и Дот и попробую выяснить у Шарм и Валь, не знают ли они что-нибудь про Уэйда или Милу… Если, конечно, у моей сестры настроение поднимется с уровня плинтуса.

— Ты скорее состаришься, – засмеялась Лорали. – А времени нам терять нельзя.

— Ладно, девочки, пора допивать коктейли и закругляться, – сказала я, стряхивая крошки «Читос» с пальцев и поднимая бокал. – За новый план и за то, чтобы наконец восстановить доброе имя Клем! Не знаю, что бы я без вас делала.