Книга Смерть в райском уголке, страница 124 – Эмили Салливан

— Флоренс, — слабо позвала я, когда на меня медленно накатило осознание. — Что ты сделала?

Ее взгляд метнулся ко мне. Никогда прежде я не видела столь отвратного выражения на ее лице, искаженном злобой.

— То, что должна была сделать, чего бы оно ни стоило.

— О боже, — прошептала я, и на моей коже выступил холодный пот.

— Минни, ты всегда мне нравилась. Но ты вела себя как дурочка рядом с этим мужчиной. Ты хоть раз задумалась о том, что сказал бы Оливер? Ты оскверняешь его память, но это пустяки по сравнению с тем, что ты делаешь со своими детьми.

— Флоренс, — сумела выдавить я, — ничего не было. Мы просто…

— Нет! — рявкнула она. — Так все всегда и начинается. Всегда! Ты хоть представляешь, как много женщин мой отец водил к себе в постель у моей матери под носом? Ее собственных подруг. Ее прислугу! Годами! Такой позор! Я сбежала, как только смогла, и поклялась никогда не возвращаться.

— Но тебе пришлось, — прошептала я.

Она посмотрела на меня с такой злостью, что я невольно съежилась.

— Да, — прошипела она. — После того как Кристофер сделал глупые вложения, у нас не осталось выбора. Я бы никогда не опустилась до того, чтобы просить детей о помощи, и не стала бы объяснять мужу, отчего мне так ненавистно сюда возвращаться, так что в итоге я просто попыталась извлечь лучшее из этой ситуации. Потому что именно этому с детства учат таких женщин, как мы, не так ли? — Она смерила меня выразительным взглядом, но ответа дожидаться не стала. — А так как мой отец давно умер, жизнь здесь была не такой уж плохой. До тех пор, пока она не явилась к нам на порог.

— Ты… ты сразу узнала? Узнала, кто она такая?

Флоренс фыркнула.

— Разумеется, нет. Мы обе ни о чем не подозревали. Но однажды она помогала мне одеться. Я попросила ее достать брошь из моей шкатулки, а она вместо этого достала серьги, которые подарила мне мать. Я совсем о них забыла. Никогда даже их не надевала, настолько они страшные. Дафна заявила, что на ней как раз надета точно такая же подвеска. Она сказала, эту подвеску ее матери подарил ее отец — англичанин, когда-то живший на Корфу. Я затем мне оставалось только наблюдать, как эта дурочка при мне складывает два и два, — сказала она, кипя от злости.

— Так ты знала о подвеске!

— Я даже позволила захоронить ее с этой подвеской и ужасными серьгами, которые спрятала в карман ее платья. Это единственное, что могло бы нас связать, — заявила она с нескрываемой гордостью. — Слава Господу, полицейские здесь совершенно некомпетентны. Их так легко подкупить. Но можешь сказать спасибо мистеру Пападопулосу за то, что разрушил мой первоначальный план. Когда этого бродягу выпустили, у меня не осталось выбора, кроме как обставить все так, чтобы выставить мистера Дориана виноватым.

— Но… но зачем ты ее вообще убила?

— Потому что она искренне считала, что мы равны! — прошипела Флоренс. — Из-за того что мой отец несколько месяцев спал с ее матерью, она возомнила, будто может претендовать на членство в моей семье. На мое имя. Давно забытые слухи вновь всплыли бы на поверхность, и моей матери опять бы пришлось страдать из-за них.

— Разве она не мертва?

— Не в этом дело! — Флоренс хлопнула ладонями по столешнице, и я подпрыгнула на месте. — Ты ничего не знаешь о преданности. О долге перед семьей. Ты без задней мысли бросила своих родных.