Книга Смерть в райском уголке, страница 135 – Эмили Салливан

— Возможно, мистер Дориан пытался вас таким образом защитить? — предположил мистер Пападопулос.

Я ощетинилась. Защитить? Да я никогда прежде не чувствовала себя более уязвимой, чем когда он холодно перечислял грехи Оливера.

— Если бы он правда пытался меня защитить, то ему стоило помалкивать, — буркнула я.

Мистер Пападопулос посмотрел на меня с жалостью:

— Даже если вам, возможно, грозит опасность?

— Я очень в этом сомневаюсь, — фыркнула я. — К тому же, даже если Оливер занимался этим… делом, он умер четыре года назад. Что может кому-то понадобиться от меня и детей?

— Не знаю, — сказал мистер Пападопулос, пожав плечами. — Но мы говорим о преступниках. Они не следуют тем моральным принципам, которых придерживаемся мы с вами. Думаете, вам было бы лучше вообще не знать правды?

— Если это правда, — раздраженно напомнила я. — То, что кто-то в Дипломатической службе распускает слухе об Оливере, не значит, что он виновен.

Мистер Пападопулос склонил голову, признавая мою правоту.

— Да. К тому же мистер Дориан мог преподнести вам эту новость немного иначе. Но сомневаюсь, что вы обрадовались бы, сохрани он эту информацию в секрете. И, узнав, что о делах Оливера действительно могло вестись расследование, разве вы не захотели бы очистить его имя?

Я об этом даже не подумала, ведь меня обуревала злость на мистера Дориана.

— Мне хотелось бы, чтобы он вообще никогда не поднимал эту тему, — ответила я. — К тому же я вообще не понимаю, с чего вдруг он так заинтересовался Оливером.

Мистер Пападопулос бросил на меня странный взгляд, но затем в кухню вбежал Томми, задавая тревожащие вопросы о привычках спаривания пауков, и больше мы эту тему не обсуждали.

Следующим утром я все еще изо всех сил держалась за свою злость, когда спустилась на первый этаж и вошла на кухню. Кажется, мое тело полностью оправилось от яда и лекарств, потому что я вновь плохо спала, и, к сожалению, слишком долго раздумывала о нашей со Стивеном ссоре. Я уже собиралась выкинуть его из головы на весь остаток дня, когда мой взгляд упал на адресованный мне конверт, лежавший на кухонном столе. Я сразу узнала его ужасный почерк, но поборола желание немедленно его вскрыть.

— Что это? — спросила я у миссис Курис настолько равнодушно, насколько смогла.

Она месила тесто, но мой тон не одурачил ее.

— Оно лежало на пороге, когда я пришла, — сказала она, обернувшись.

— Хм, — протянула я, продолжая изображать безразличие.

Дети все еще были в кроватях, но, скорее всего, они вот-вот проснутся. Если мне хотелось прочесть письмо в покое, то лучше разобраться с этим сейчас.

— Пожалуй, прочту.

Моя экономка вскинула бровь и вернулась к своему прежнему занятию.

Я взяла письмо, вышла на террасу и присела на стул лицом к морю. Я любовалась пейзажем, тогда как в моей голове роились мысли. Если письмо лежало на пороге утром, когда пришла миссис Курис, то Стивен оставил его очень рано. Но что могло заставить его так поступить? Уверена, ничего срочного ему сообщить не требовалось. Признаюсь, я вспомнила письмо, которое мистер Дарси оставил для Элизабет, где описал свои сложные отношения с Джорджем Уикхемом и попытался оправдать свое вмешательство в зарождающиеся отношения между своим другом мистером Бингли и ее сестрой Джейн. На мгновение я представила, как Стивен до поздней ночи сидит над письмом, описывая причины, по которым решил покопаться в прошлом Оливера. Вполне разумные причины, узнав которые я сменю гнев на милость.