Книга Кот – агент ФБР, страница 43 – Гордон Гордон, Милдред Гордон

Правой рукой Зик попытался засунуть в пасть кота возбуждающую таблетку, однако Чок предугадал это намерение и накрепко сжал зубы.

— Ну-ка, глотай, – пробормотал Зик. – Ты, чертов кот, глотай.

Задняя лапа разорвала его рубашку и добралась до кожи. Зик с трудом сдержал крик, но продолжал храбро и упрямо держаться. Он двигал таблетку вдоль стиснутых зубов, пока не обнаружил отверстие между ними, там, где они сходились неправильно. Он впихнул таблетку внутрь и зажал ладонью рот Чока, чтобы помешать тому выплюнуть все обратно.

«О, Господи, помоги мне, – пробормотал он про себя, – если Вашингтон узнает, что я пичкаю наркотиками котов…» А уж общество любителей животных его просто-напросто линчует.

Чок чуть не задохнулся и сглотнул три раза, прежде чем Зик освободил его. Зик быстро отскочил прочь, что было, конечно же, разумно. Вся дикая кровь тысяч поколений предков бросилась Чоку в яремную вену. Одно жуткое мгновение Зику казалось, что кот вот-вот набросится на него. Однако Чок умел не связываться с превосходящими силами противника, а потому остался на месте. Он долго сидел на задних лапах, и постепенно ярость уходила из его глаз, сменяясь триумфом. Он удостоверился, что Зик не сводит с него глаз, а затем, как умеют это делать только коты, выплюнул таблетку, которую до сих пор аккуратно удерживал на языке. Он выплюнул ее с потрясающим звуковым эффектом. Он выплюнул ее как можно дальше, что оказалось далеко за пределами кровати. Выражение его морды говорило: «Ты хочешь фокусов, человек, ну так получи!»

Зик обессиленно опустился в цветастое кресло. Он просто не знал, за что ему выпало такое испытание. Еще утром он спокойно сидел за своим столом, занимаясь рутинными делами, с ощущением утренней бодрости и готовности встретить испытания грядущего дня. Он чувствовал приятное тепло поднимающегося солнца, радостно думал о второй чашечке кофе, и вдруг этот звонок. Если бы только на звонок ответил кто-то другой! Тогда ему поручили бы замечательное, респектабельное дело об убийстве, где фигурировал бы совершенно нормальный информатор.

Часов около одиннадцати тихонько вошла Пэтти.

— Хотите, я найду для вас папину пижаму? Она будет немного велика вам в поясе, и вы будете похожи на клоуна.

Он покачал головой. Ему лучше не спать, на тот случай, если Чок передумает.

— Бесполезно, – сказала она. – Он улегся и собирается проспать всю ночь.

Она упала на кровать рядом с Чоком и принялась почесывать ему шею. Он что-то счастливо пробормотал во сне.

— У меня когда-то был пегий пони, – сказал Зик. – Он очень любил, когда я его так почесывал.

Она улыбнулась:

— Когда я была маленькая, папа валил лес, мы жили тогда в Аризоне. Думаю, я была мечтательным ребенком. Я помню, как ездила верхом через лес Коконино и всегда ожидала встретить какого-нибудь высокого парня, в которого я тут же бы влюбилась.

Семья перебралась в Лос-Анджелес, когда работа сделалась слишком тяжелой для отца. В Лос-Анджелесе она училась в университете Калифорнии, а когда одна из подруг предложила ей работу, стала моделью.

— Но я не хочу долго оставаться моделью. Во-первых, я старею.

Зик сделал протестующий жест.

— А потом, мне все время хочется есть.

К этому моменту все вокруг стихло, все источники шума как будто собрались вместе и укатили прочь. Она мечтательно продолжала: