Книга Смертельный взмах пера, страница 33 – Марина Серова

— Да, вроде бы, — отозвалась я. — Лист бумаги, в нем прямоугольные прорези, они же окошки. Кладешь лист с прорезями на чистый лист. В окошки вписываешь секретный текст. Потом лист с прорезями убираешь, а на листе с секретным текстом…

— …заполняешь оставшееся место другим текстом. Чтобы посторонний не знал, на что обратить внимание, — подхватила Зина. — У нас у троих были одинаковые трафареты. И чистые листки одинакового размера.

— Прямо какой-то «Код да Винчи», — оценила я. — И как, помогло?

— «Окошечко» не сработало. — Дима покачал головой. — Эх, сейчас бы лучше все на самой рукописи наглядно показать. У меня тут в Тарасове съемная хата, все вещи в ней остались.

— У меня есть, забыл? То, что он присылал. — Зинаида вышла и вернулась с распечаткой. — Слава, когда с черновиков набирал, мало что менял.

Дима подскочил и быстро расчистил стол от посуды. Обратно не сел, начал раскладывать листы.

— Один, два, три… — бубнил он. — Ага, все шесть глав на месте. Вот, смотрите. Он совместил и «Колонку», и «Слова в начале». Первый метод — когда на каждой странице первые буквы красных строк складываются в слова. А потом в предложения. А «Слова в начале» — это когда в начале каждой главы берешь первое слово первого предложения. И эти слова тоже складываются в предложение. Карандаш есть?

Зина протянула ему ручку:

— Черкай так. И давай без лекций, просто покажи.

— Ага… смотрите, вот что тут у нас.

Он быстро подчеркнул первые слова — по одному в начале каждой главы. И написал их на последней странице распечатки. Получилось: «Я еду монастырь родителям середина лета».

— Очень расплывчато, — скептически заметила я.

— Но указаны место и цель визита, — возразила задумавшаяся Зина.

Она не дала брату показать дальше; грузно опустилась за стол, перехватила ручку и рукопись; зашелестела страницами, просматривая и очень быстро выписывая по первой букве из каждого абзаца.

Я же подумала, что…

— Он планировал это заранее, — вслух предположила я. — Как только сел за новую книгу.

— Я бы не удивился.

— На всякого мудреца довольно простоты. — Зина закончила возню с бумагами. Но не давала смотреть на получившийся текст и на рукопись, держала листки так, чтобы брат не подсмотрел.

— Что у тебя, Дима, получилось по его черновикам?

— Думаешь, я с ним в сговоре? — усмехнулся тот.

— Я вас обоих знаю. — Зина была серьезна. — Перестраховка не помешает.

Дмитрий задрал голову к потолку и ответил, будто стишок Деду Морозу рассказывал:

— «Ищи меня у родителей. Если не застанешь, иди на почту на улице Авангардистов, дом два. Абонентский ящик номер восемь. В нем все есть». Это все, Зин. И сообщение начинается не с первой главы, а почти в самом конце второй. И в самом начале четвертой главы заканчивается.

— В остальных абзацах сообщения нет? — нетерпеливо спросила Зинаида.

— Неа.

— Все сошлось! — обрадовалась она. — Ты проверял ящик?

— Раньше, чем по монастырям двинул, — кивнул Дима. — Прикинул, что в монастырях он вряд ли задержится.

— И что нашел?

— Запечатанный пакет. А в нем — карта, и точечками всякие места обозначены.

— Господи! — всполошилась Зинаида. — Надеюсь, эта карта не в твоей машине осталась?

— Да нет! Дурак я, что ли? В квартире моей. Я в тачке вообще ничего ценного не держу никогда.