Онлайн книга «Смертельная карта»
|
Ничем больше помочь пленнице я не могла, ей требовалась серьезная медицинская помощь. Я позвонила в полицию и в «скорую помощь», назвала адрес и коротко объяснила, что произошло. Пока ждала подкрепления, стала допрашивать Колесникова. — Врать и отпираться бессмысленно, – сразу предупредила я. – Сбежать ты уже не сможешь, убивать тебя я, возможно, не буду. Но если будешь дергаться, прострелю тебе ноги, возможно, задену жизненно важные органы, и ходить ты больше не сможешь. Думаю, тебе не хочется такой судьбы, правды? Как ты уже мог понять, шутить я не люблю, пугать понапрасну – тоже. А чистосердечное признание облегчает наказание, думаю, ты в курсе. Поэтому лучше отвечай на мои вопросы. Все понятно? Игорь не отвечал, только буравил меня взглядом так, словно хотел прожечь во мне дыру. Я скривила губы в усмешке, подошла ближе и приставила оружие к голове Колесникова. Потом кровожадно проговорила: — Изуродовать тебя или так оставить?.. Может, отстрелить что-нибудь, а? Мои угрозы подействовали – я увидела, что Колесников меня боится. Похоже, решил, что я садистка и со мной лучше не связываться. Он прохрипел: — Не надо… Я буду отвечать… — Вот и славно, – улыбнулась я уже не так зверски. – Зачем ты убил Настю Синельникову и Юлю Авдееву? — Я писал картины, – произнес убийца. – Мне нужно было… нужно было создать шедевры. Это все для выставки, я живу ради искусства. Ради живописи… — Ну, в том, что ты талантливый художник, я не сомневаюсь, – не покривила душой я. – Видела твои работы, весьма впечатляют. Но убивать-то зачем? — Тебе не понять… – покачал головой Игорь. – Я хотел поразить публику, заставить всех говорить о своих картинах. Но мертвую женщину невозможно написать с живой натуры, мне нужна была мертвая… — А что в морг-то не пошел, раз тебе трупы так нужны были? – удивилась я. – По-моему, это проще и чревато меньшими последствиями, нежели становиться убийцей! — В морге не то, – возразил художник. – Я смотрел, но они… Они все как манекены, безликие и скучные. А те, кого я сам убивал, – они прекрасны! Они меня вдохновляли, они заставляли меня поверить в себя, в свой талант! Я должен был создать серию из пяти картин, и они бы прославили меня на века, они бы висели в музее, за них бы дрались коллекционеры! А я стал бы величайшим художником двадцать первого века! — М-да, весьма амбициозно, – заметила я. – Психушка по тебе давно плачет, это точно. Только туда ты не попадешь, надеюсь, упекут за решетку тебя пожизненно. Ладно, суд с этим разберется. Но почему ты выбрал для своих картин именно Синельникову и Авдееву? Типаж, что ли, подходящий? — Они были никому не нужны, – пояснил Колесников. – У них не было родственников, никто бы не заметил их исчезновения. Кристина мне часто рассказывала про свою работу, точнее, я выведывал у нее подробности о ее клиентках и думал, подходят ли они мне или нет. Я знал, что Настя лечилась в психушке и была на консультациях у Кристинки, поэтому уговорил ее позировать мне. Эта ненормальная втрескалась в меня по уши, сама в койку ко мне залезла. С ней все было просто, я написал с нее предварительные этюды, она мне выложила всю свою подноготную, и я понял, что девка одинока, потому и написал с нее первую картину. Она была такая… такая красивая, когда я прирезал ее. Кровь вытер, чтоб не портила внешний вид, пришлось, правда, повозиться. Слишком много крови было, но это пустяки. Она была похожа на богиню… Воплощение гармонии и красоты. Я так и назвал свою первую композицию – «Гармония»… |