Онлайн книга «Кольцо с секретом»
|
— Тогда давайте, конечно, сейчас и начнем. «Ну что же, – философски подумала я, – в конце концов, во всем есть свои плюсы и мне все-таки не придется самой обои клеить». Все хорошо, только вот Роман. Хотя бы еще раз услышать его или прочитать очередное деловитое сообщение. Я вдруг с удивлением почувствовала, как у меня саднит в горле и глаза наливаются кипучими слезами. «Нервы ни к черту! Почему же так все плохо, если так все хорошо складывается?» Нет, я не позвонила. И не написала. Потому что это подло и неправильно. А может, все-таки… Увы, на этот раз кости явно кинули меня, а не я их. Они были настроены против своей верной подруги, безапелляционно заявив, что: «Ваш жизненный путь не только правильный, но и праведный». Вот так вот, и утрись. Хочешь не хочешь, а придется соответствовать. Накрепко запретив себе даже думать в опасную сторону, я привела себя в порядок, встретила целую бригаду чистых, выбритых, идеально трезвых и донельзя воспитанных работяг, которые, быстро сориентировавшись, приступили к трудовым свершениям. Я любовалась: наверное, именно так строили все известные светлые будущие. Ни одного лишнего движения, слова, более того, ни одного перекура! В принципе, люблю смотреть, как другие работают, а тут и вообще зрелище было зачаровывающее и умиротворяющее. Я уже даже подзабыла про свои страдания, тем более что тут же, как по заказу, пиликнуло сообщение: Гарик, как всегда вовремя. Просто цинично нарушив тайну следствия, прислал фото допроса Риммы Еккельн, снабдив матерящимся смайликом с припиской: «Перед прочтением сжечь»… Вот как раз на ночь отличное чтение, взбодримся. Минуту спустя позвонил сам кэп. После приветствий и дежурных комплиментов он пожаловался: — Слушай, Таня-джан, я тебе как коллега коллеге хочу сказать: полная шиза. У меня уже мозг набекрень с этими душегубами. Один другого благороднее, слушай. — А что такое? – осведомилась я, несколько сбитая с толку. — Да ты протокол прочитаешь – поймешь. Ну это ладно, я к чему: завтра ты как сгонять на место? Хочу собственными глазами узреть, как эта пигалица будет кортиком манекен к стене пришпиливать. — Да тут, понимаешь ли, у меня обои клеят, – замялась я. — На ночь глядя? Кто это такой трудолюбивый? – удивился Папазян. — Да так… сказали, что хоть всю ночь клеить будут, а во сколько закончат и когда я спать лягу – не ведаю. — Потом мне телефончик бригады дай, – попросил Гарик, – а насчет транспорта не беспокойся, группа на отдельной машине поедет, а я за тобой могу заскочить. — Если так, тогда я, конечно, участвую, – без малейшего воодушевления отозвалась я. Ну вот, всю песню испортил капитан. Ладно, надо же доразобраться и доформулировать. Что тут у нас? «Я, Римма Алексеевна Озолиня»… ах ну да, тут она вся из себя мужняя жена, на «заданные мне вопросы показываю следующее». И что же ты тут напоказывала-то? Она на полном серьезе утверждала, что «из внезапно возникшей неприязни» нанесла дочери удар холодным оружием – кортиком, после чего… ну, в общем, совершила то, о чем так обстоятельно рассказывали Ольгины сокурсники как о своем «подвиге». На вопрос о том, признает ли вину и раскаивается ли, ответила сугубо положительно. Мотивы указала материальные. Внезапно выяснилось, что у девушки еще со времен заграницы какая-то суперстраховка жизни на внушительный чемодан евро… |