Онлайн книга «Большая махинация»
|
— У меня был план, и я его придерживался. Мне нужно было, чтобы доктору Вайнлиху вместе с письмом передали листок с отпечатком пальца. Этот листок лежал у меня в портмоне, и я его достал. Вся компания с большим интересом стала рассматривать «мои» папиллярные линии. — Разве это был не ваш отпечаток? — Конечно, нет. — А чей же? — Естественно, Антона Ридербауэра, скрывающегося под именем Траутвайна. — Но зачем вам вообще понадобился отпечаток? — Когда речь идет о свободе и всей дальнейшей судьбе человека, милостивая госпожа, я не могу полагаться исключительно на свои глаза, которые могут обмануться из-за обманчивого сходства двух разных людей. Нужны были более веские доказательства. — Но как вышло, что у вас случайно оказался отпечаток его пальца? — Это было не случайно. Я взял его у Ридербауэра перед завтраком. — Но вы об этом даже не упомянули! — Готов наверстать упущенное и рассказать во всех подробностях. — Конечно! Мне интересно узнать, как вам это удалось. Ведь не подойдешь же к грабителю и убийце и не скажешь ему: «Будь добр, приложи вот сюда палец!» — Совершенно верно. Особенно если человек уже проходил дактилоскопию по всем правилам и знает, что к чему. Поэтому мне пришлось пойти на хитрость, которая, впрочем, не была слишком сложной. — Как же вы это устроили, Дагоберт? — Я с самого начала хотел заполучить отпечаток и поэтому вовлек Ридербауэра в разговор, полностью завладев его вниманием. Мы находились в оранжерее с экзотическими растениями, к которым я проявил особый интерес и стал подробно расспрашивать о них. На каждом растении висели таблички с названиями, которые я стал записывать. Пришлось сослаться на то, что собираюсь устроить у себя в саду такую же оранжерею. Я начал делать заметки в блокноте, но вскоре это показалось мне неудобным. Тогда я отдал свой блокнот Ридербауэру и попросил его следовать за мной, вырывая из блокнота и подавая мне по мере необходимости листки бумаги. В качестве подложки для записей я использовал портмоне, куда сразу же складывал свои записки. Руки садовника, как я с удовольствием заметил, были перепачканы в земле. Я писал очень быстро, и ему было трудно поспевать за тем, чтобы протягивать мне все новые и новые листочки. Они с трудом отделялись от плотного блокнота. Изображая крайнюю степень возбуждения, я нетерпеливо подгонял его: «Быстрее, быстрее!» И тогда произошло то, на что я и рассчитывал. Чтобы ловчее отделить очередной листок, Ридербауэр второпях машинально облизнул большой палец. Это было что-то вроде бессознательного рефлекса. «Ой, простите, – расстроился он, – теперь листок испачкан!» «Ничего страшного, – отвечал я, небрежно роняя листок, – давайте следующий!» Теперь я уже не засовывал листки в портмоне, а как бы в спешке складывал их на землю, откуда потом все собрал. Разумеется, по рассеянности я подобрал и «испорченный». Вскоре меня позвали к завтраку. По пути у меня была возможность убедиться, что я получил превосходный отпечаток большого пальца. Оставалось только передать его доктору Вайнлиху, и дело в шляпе. Пока Вайсбах писал свое приглашение, я вышел распорядиться насчет экипажа. На улице я наспех набросал на листке: «Срочно! Конфиденциально! Вайсбах не подозревает, что происходит. Сверьте отпечаток и задержите этого человека. Возьмите с собой двух элегантно одетых крепких парней. Подъезжайте не к главному входу, а с задних ворот через парк. Найдите садовника. У него обнаружится украденный серебряный портсигар. Re bene gesta[103] идите в гостиную, к столу, но ни о чем ни слова. Портсигар передайте собравшимся, не называя имени преступника». |