Книга Большая махинация, страница 159 – Балдуин Гроллер

Вернувшись, я сам вложил «мой» отпечаток в конверт. С ним нужно было обращаться осторожно, поэтому я снабдил его защитной бумажной оберткой – это и было мое послание.

Завтрак прошел очень весело, и не менее приятно мы провели время между завтраком и обедом. Были сыграны две карточные партии, несколько гостей отправились кататься верхом и в экипажах, а остальные вышли прогуляться по парку. Я позаботился о том, чтобы садовнику не давали ни минуты покоя. То и дело я отправлял к нему в оранжереи группы гостей – изучать экзотические чудеса природы. Ридербауэру постоянно приходилось выступать в качестве гида, что наверняка принесло ему немало чаевых. А мне лишь требовалось удержать его в саду, чтобы он не разминулся с визитерами.

Мы уже сидели за столом, когда, ко всеобщему восторгу, появился доктор Вайнлих. Едва взглянув на него, я сразу понял, что наше дело улажено. Можете себе представить, госпожа Виолет, какой восторг вызвало то, что он сразу же предъявил украденный портсигар.

«Надеюсь, мне не придется называть имя преступника», – сказал он, помня мою инструкцию.

«Нет! Конечно, нет, доктор Вайнлих!» – закричали собравшиеся.

Все снова оживились, начались остроты и шпильки в мой адрес. «Профессионал-криминалист – это да! Это вам не любитель вроде Дагоберта!» – доносилось до меня со всех сторон.

Я старался переносить это стоически. Настроение у гостей становилось все веселее, а насмешки – все язвительнее. Но что с того? Я добился своей цели: преступник обезврежен и взят под стражу, причем без малейшего ущерба для окружающих, и праздник ни капли не пострадал.

Мы сытно поели и, судя по количеству опустошенных бутылок, немало выпили. Доктор Вайнлих – блестящий собеседник и к тому же обладатель прекрасного голоса – затянул песню, а мы подхватили. Могу вам сказать, милостивая госпожа, что после пары бокалов шампанского ваш супруг тоже весьма неплохо поет. Барона Вайсбаха, который пребывал в самом веселом расположении духа, уезжая из дома, мы взяли с собой, а затем поручили заботам надежных молодых людей из числа гостей, что склонны были продолжить прекрасный вечер в «Венской Венеции». Мы условились, что ночевать Вайсбаха отвезут в дом его зятя. Я счел это необходимым, ведь вилла барона теперь лишилась верного сторожа. Не найдя садовника, Вайсбах мог начать беспокоиться и переживать за свою безопасность. А узнать всю правду он успеет и завтра. Что же касается моего высокоуважаемого друга Грумбаха, то, уезжая, он краем уха услышал, что доктор Вайнлих приказал арестовать на вилле садовника, и тотчас же сделал из этого вывод, что со своими играми в дактилоскопию я сел в лужу. Рассудите сами, госпожа Виолет, мог ли он сделать мне комплимент лучше!

Вполовине девятого утра, после нескольких безуспешных попыток разбудить Дагоберта стуком в дверь, его камердинер Энгельберт решился войти в спальню своего господина. Чтобы он отважился на такое, должно было случиться нечто из ряда вон выходящее, ведь Дагоберт не любил, когда его тревожили во время сна, и мог весьма резко выразить свое недовольство крепкими выражениями. Так бывало, если прислуга, делающая уборку в соседних комнатах, вела себя недостаточно тихо и случайно будила его. Впрочем, подобное случалось редко: люди Дагоберта были вышколены на славу. Но в этот раз слуга не без колебаний вошел в комнату и принялся сначала осторожно, а потом все более энергично будить хозяина.