Книга Во имя народа, страница 111 – Чжоу Мэйсэнь

Поскольку игроки сосредоточились не на доске и никто не переигрывал ходы, ситуация в игре развивалась очень быстро, так что вскоре уже трудно было судить, на чьей стороне преимущество. Гао Юйлян сказал:

— Лянпин, мы мыслим одинаково! Поэтому я приказал Ци Тунвэю еще раз проверить звонки с базовой станции!

Хоу Лянпин посмотрел на учителя с надеждой:

— Нашли что-нибудь, нет?

Гао Юйлян безнадежно покачал головой:

— Свыше тысячи звонков, так много людей – что тут можно найти? В настоящий момент улик пока нет.

Хоу Лянпин стоял на своем:

— Учитель Гао, вы не думали о том, чтобы перепроверить информацию? Например, кому звонил Цзи Чанмин? И еще три звонка Ли Дакана. Конечно, есть еще мой университетский староста Ци Тунвэй.

Гао Юйлян съел у своего ученика важную фигуру, не спеша двигая свои, и, подумав, ответил:

— А ты думаешь, я не проверял? Я проверял, сомнительные моменты есть, но окончательные выводы делать рано.

Хоу Лянпин продолжал докапываться до сути:

— Так кто оказался под подозрением?

Однако Гао Юйлян волю языку не давал:

— Тут нельзя говорить абы что, следует провести еще более тщательное расследование.

Хоу Лянпин в какой-то момент прорвал на доске оборону противника, съев целую цепочку фишек. Складывая их, он поделился информацией:

— Я вот навел справки о Гао Сяоцинь из корпорации «Шаньшуй». Она в это же время приняла звонок с базовой станции парткома провинции – это оказался очень странный номер, с него звонили всего один раз и больше не использовали!

Гао Юйлян слушал очень внимательно:

— Э, то есть это не мобильник одного из участников заседания?

Хоу Лянпин кивнул головой:

— Именно, сделано всё очень профессионально, поэтому, учитель Гао, я считаю этот звонок самым подозрительным! Мы можем снова проверить, кто находится в самой тесной связи с Гао Сяоцинь?

Гао Юйлян на минуту задумался и осторожно покачал головой:

— Тут нельзя говорить наобум. Загородная вилла «Шаньшуй» Гао Сяоцинь – это практически столовая для цзинчжоуских чиновников всевозможного ранга. До принятия правила восьми установок я тоже ездил туда несколько раз!

Хоу Лянпин улыбнулся:

— Ну еще бы, учитель Гао, несколько дней назад Ци Тунвэй давал в мою честь банкет, и я вместо вас исполнял партию Дяо Дэи^[50]!

Он вновь съел целую группу фишек учителя. Взяв свою шашку для очередного хода, Гао Юйлян в раздумье произнес:

— У Гао Сяоцинь очень широкий круг знакомств. Ты считаешь, что она могла спланировать бегство Дин Ичжэня за границу? А есть ли мотивы? Кстати, выяснилось, что прикрывал Дин Ичжэня всё-таки Цай Чэнгун.

Неожиданно обнаружив, что уже потерпел крупное поражение, он не смог сдержать возгласа:

— Ого, это еще что за дела? Ты, детеныш обезьяны, как это тебе удалось атаковать меня? Это засада? Не считается, не считается!

В это время У Хуэйфэн в переднике вышла из кухни и громко позвала Хоу Лянпина отведать кушанья. Хоу Лянпин тут же отозвался и вслед за ней прошел на кухню. Почувствовав аромат, он с жадностью сунул нос прямо в кастрюлю:

— Как вкусно!

Шиму всегда любила его, она даже когда-то думала познакомить с ним свою дочь. Открыв кастрюлю, она выудила палочками кусок мяса и положила в рот Хоу Лянпину, добродушно проворчав:

— Прожорливая обезьяна!

Пережевывая мясо и дегустируя соус, Хоу Лянпин пробормотал: