Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 4, страница 72 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

В лифте, помимо Юмико и Аямэ, мы с Йоко и Кадзуо стояли к зеркалу ближе всех, а потому и стали жертвами этих смеющихся ёкаев. Зная Ивасаки, я не сомневалась, что, как только мы исчезли, он точно бросился к нам на помощь. И раз не появился здесь… Видимо, пятерых жертв этим существам хватило. По крайней мере, пока.

Как и Йоко, я очень надеялась, что больше никто из моих друзей здесь не окажется.

Такой же сильной была и моя надежда вернуться обратно… Вот только я сомневалась, очень сомневалась, что это у нас получится. Что это вообще возможно.

Но старательно гнала вызывающие тоску мысли. Я не умру.

— За что, за что все это?! – воскликнула Аямэ с нотками истерики в голосе, и Юмико крепче прижала ее к себе.

Аямэ вытерла глаза уже промокшим рукавом рубашки, но ее слезы все не останавливались.

— Мы же выбрались, выжили, что им еще надо! – закричала она и уткнулась лицом в плечо подруги, содрогаясь от рыданий.

Прикрыв глаза, я медленно выдохнула. В глубине души меня обожгла злость на нашу невезучесть, но я быстро погасила ее пламя, так что остались лишь искры досады.

Мы столкнулись с теми, кто тоже выбрался из оков канашибари. И теперь оказались затянуты в чужую страшную историю.

— О чем вы рассказали в том городе? – Кадзуо, отвернувшись от зеркала, внимательно посмотрел на Юмико и Аямэ. Он говорил спокойно, но громко, чтобы его голос не потонул в издевательском многоголосом смехе.

Юмико, нахмурившись, отвела взгляд, а затем, тихо вздохнув, посмотрела на Кадзуо и сдержанно ответила:

— Я рассказала легенду про лифт. Про то, как с помощью него можно пробраться в потусторонний мир.

— Вы имеете в виду ту… инструкцию, по которой нужно нажимать на кнопки в лифте, входить и выходить из него? – уточнила Йоко. Я видела, что теперь она старательно не смотрит в сторону зеркала.

Юмико кивнула.

— Моя сестра, Нанако-тян, рассказывала мне об этой легенде… И что кто-то из ее одноклассников хотел попробовать покататься так на лифте, – пробормотала Йоко, так что я с трудом разобрала ее слова. – Насколько помню, – она заговорила уже громче, – первая остановка как раз на четвертом этаже.

Я неприязненно покосилась на зеркально отображенную четверку. Конечно, никто не стал бы, вернувшись в реальный мир, самостоятельно повторять сюжет рассказанной в том про́клятом городе городской легенды. По собственной воле. Так что ёкаи просто затянули Юмико в этот параллельный мир. И нас заодно.

— А откуда тогда этот смех? – спросила я как у Йоко, так и у Юмико. – Как он связан с этим лифтом?

— А это уже я…

Ехидный смех наших отражений и, казалось, даже лифта почти заглушил голос Аямэ. Она, отстранившись от подруги, вновь вытерла покрасневшие глаза и, сумев более или менее взять себя в руки, уже громче повторила:

— Это я. Вернее, моя история. – Ее голос вновь задрожал, а на глазах выступили слезы. Аямэ зажмурилась и, судорожно вздохнув, продолжила: – Я рассказала про вараи-онну^[12].

— Вараи-онна… – задумчиво повторил Кадзуо и быстро оглянулся на наши заходящиеся смехом отражения. – Как-то странно сплелись две ваши истории.

Аямэ промолчала, а ее губы задрожали, словно она изо всех сил пыталась сдержать новые рыдания. Юмико же лишь покачала головой.

— Но я ведь знаю, что вараи-онна появляется только в первый, девятый и семнадцатый дни каждого месяца! – в отчаянии, граничащем с гневом, воскликнула Аямэ и пнула стену лифта. – А сегодня пятнадцатое августа!