Книга Роза и Терновник, страница 108 – Алла Касперович

Хоть пастор Сэмюель и старался вести себя как обычно, но от зорких глаз графа и графини не укрылось, что он двигался не столь проворно, как всего несколько дней назад. Пару раз по дороге к дому он споткнулся, зацепившись за собственные ноги, но не упал – Майкл его поддержал.

— Совсем старый стал, – отшучивался викарий.

Лорд и леди Эррингтон с тревогой переглянулись, но смолчали.

Как и обещал, Сэмюель приготовил очень вкусный обед, впору соперничать с миссис Гастингс. Помимо супа, в гостиной на накрытом свежей скатертью столе гостей ожидало жаркое c тушеными овощами, от которых шёл умопомрачительный аромат. Если бы кухарка не заставила хозяев заранее перекусить сэндвичами, то сейчас Розамунд и Майкл прямо на пороге упали бы в голодный обморок от сводящих с ума запахов.

— Присаживайтесь-присаживайтесь, пока не остыло! – торопил пастор. – У меня всё по-простому, слуг нет. – Он сам собрался разлить суп из супницы по глубоким тарелкам, но Майкл его остановил.

— Сэм, давай я! – предложил он. – Ты и так столько для нас потрудился. Граф я всё равно не совсем настоящий, так что корона точно не упадёт.

Викарий хотел было возразить, но передумал – как раз в это время руки его мелко задрожали, и он мог бы пролить суп, поэтому не до гордости сейчас было – и с улыбкой поблагодарил его. Обед и вправду вышел отменный, благородных гостей пастор сумел накормить до отвала, а чай с печеньем стали прекрасным завершающим штрихом.

— Благодарю вас, – улыбнулась Розамунд, – всё было очень вкусно!

— Великолепно, превосходно, восхитительно, изумительно, чудесно, невероятно…

— Полноте вам! – остановил хвалебные речи донельзя довольный собой викарий. – Засмущали старика! Поели, теперь и в подвал пора!

Со стороны его предложение наверняка показалось бы, мягко говоря, странным, но граф и графиня охотно поднялись и последовали за хозяином, намеренно двигаясь как можно медленнее, чтобы викарий слишком уж не торопился – было видно, что каждый шаг давался ему с некоторым трудом. За те дни, что они не виделись, пастор Сэмюель будто сразу на десяток лет постарел, настолько он сдал.

— Присаживайтесь миледи, – викарий галантно уступил ей единственный стул.

— Нет-нет, – замотала головой Розамунд, – я постою!

— Ну что вы! Как можно!

Их прервал Майкл, сказав:

— Я сейчас!

И он умчался прочь из подвала, чтобы уже спустя несколько минут вернуться сразу с двумя стульями, позаимствованными из гостиной.

— Я потом всё верну! – пообещал граф. Один стул он поставил для Розамунд и помог ей усесться, а другой занял сам. Пастору ничего не оставалось, как тоже сесть, удержав при этом вздох облегчения. – Ну вот! Теперь можно и поговорить.

— Итак… Зачем я вас сегодня позвал… Не считая обеда, конечно же! Вы не думайте, я не всё время отлёживался, я снова прошёлся по записям своих предшественников и кое-что любопытное обнаружил. Это касается вас, миледи.

Она склонила голову набок, ожидая продолжения, супруг же её не был столь терпелив, а потому спросил:

— И что? Что ты нашёл?

— Ваша Светлость, – Сэмюель нарочно игнорировал графа, находя его озадаченность и озабоченность презабавными, – не могли бы вы немного рассказать о своём детстве?

— О детстве? – Розамунд если и удивилась, то виду не подала. – Что именно вас интересует?