Книга Роза и Терновник, страница 6 – Алла Касперович

— Конечно! И основные я уже вам озвучила. И, если позволите, я озвучу вам и все остальные.

— Почему бы и нет, – снова пожал плечами он, – ехать ещё долго, а к себе ты не подпускаешь, нужно же чем-то заняться. Поэтому, моя дорогая супруга, я вас внимательно слушаю.

Краснеть постепенно входило в привычку Розамунд. Откашлявшись, она безошибочно из памяти зачитала графу договор, который ему, к слову, явно не нравился, однако он ни разу её не прервал и дослушал до самого конца, когда голос её немного охрип.

— Что ж, я всё понял, – кивнул граф. – Раз уж его подписал… я, то мне и соблюдать. Могу я только кое-что спросить?

— Разумеется, милорд! – Воодушевившись тем, что он не стал возражать, она аж подпрыгнула на сидении.

— А что, если ты сама захочешь нарушить договор? – Вкрадчивый голос графа напомнил мурчание сытого кота, сам же он чуть подался вперёд. – Если ты сама захочешь, чтобы я…

— Я не захочу! – Отшатнулась Розамунд, подушка, которую она держала в руках, выпала и приземлилась у графского сапога.

— И всё же…

— Хорошо! – не выдержала она. – Но только если я сама захочу!

В том, что этого никогда не произойдёт, она нисколько не сомневалась.

— Договорились, моя дорогая. – На лице графа появилась улыбка ребёнка, стащившего на кухне пирожок с малиновым вареньем.

И Розамунд поняла, что она просчиталась. Не следовало ей так просто соглашаться на его предложение. Однако не менее, чем договор, сейчас её беспокоил ещё один вопрос. Как леди она не могла сама предложить остановить карету, чтобы отлучиться ненадолго, а муж как будто не испытывал никаких неудобств.

И вот когда она уже не могла больше терпеть, кучер натянул поводья, сказал своё требовательное «стоять», и они остановились. За переживаниями Розамунд не заметила, что они въехали в какое-то селение, и сейчас они явно находились у постоялого двора – слышались характерные звуки.

Розамунд не ошиблась: когда лакей открыл для них дверь, она убедилась воочию. Супруг вышел первым, а потом помог и ей. Помимо дворовых и не самых приятных запахов, откуда-то доносились и ароматы готовящегося ужина.

Она успела позабыть, что за весь день, кроме припрятанной краюхи не очень свежего хлеба, ничего и не ела. Пока граф распоряжался насчёт лошадей и слуг, Розамунд подошла к дородной женщине с лоснящимися на солнце щеками и добрым взглядом.

— Будьте любезны... – начала разговор Розамунд, и голос зазвучал тихо-тихо. – А где здесь у вас...отхожее место?

— А? – гаркнула она. – Говорите в левое ухо, леди. Этим я не слышу.

Розамунд снова пришлось пройти эту пытку, но в итоге она добилась своего.

— Нужник, что ль? Так для господ вон за тем углом и налево. Сами найдёте аль с вами пойти?

И хотелось бы показать, что она вполне самостоятельная и ни в чьей помощи не нуждается, но, пожалуй, не в этот раз.

— Проводите меня, пожалуйста.

— А?

Она снова была вынуждена повысить голос:

— Проводите меня, пожалуйста!

— А, идёмте, леди за мной. Платьюшко только своё красивое поднимите, а то в дерьмеце измажете.

Розамунд сейчас меньше всего волновало, что её платье может испачкаться, всё равно скоро переоденется в дорожное, в пока, главное, не лопнуть.

Женщина, назвавшаяся Дорой, подождала, пока леди сделает свои дела, и провела её другой дорогой к чёрному входу – так было быстрее попасть к лестнице, ведущей к комнатам, в одной из которых уже должны были разместить багаж графа и графини Эррингтон.