Онлайн книга «Младший сын»
|
Прямо там, на Девяти камнях, я опустился на колени на вереск и принялся молиться, и странное эхо, и шелест ветра словно смеялись моим словам. Ничего не отмолишь и не вернешь, и это есть жизнь. И ее мне жить дальше. Улейка, оставленный мной в Джедбурге, вернулся аккурат к обеду. — Ну? — спросил мастер Хейлс. — Сэр Уолтер из Бранксхольма носа в город не казал, — доложил он Патрику, сияя. — Еще что? — спросил мастер Уилл. — Приставы по приказу сэра Фернихерста взяли троих на покраже скота у старого Роба Моффата. — И всё? Там не могло быть ничего особенного, говорил я себе. Скорей всего, украла какую-нибудь мелочь, при ее-то жизни. Отделается поркой, и я забуду о ней. Давненько пора забыть. — А, да. Милорд Джон, эту девку отволокли в дом бургомистра, потому как все согласились, что ведьма она, самая настоящая, а не воровка, нет. Швея Кэт говорит, что она ей дитя во чреве убила. А у пегой коровы Скряги Керра молоко пропало третьего дня с ее наущения, и потому, что она ночами в жабу обращается, и скачет скотине вымя высасывать. — И всё⁈ — Ну, нет, конечно. Говорят еще, она сношалась со священником, объезжая сверху, но то был не он, а как бы сам Сатана в его облике. Только пока не знают, с кем именно… вместе их не зацапали. — Так, — сказал Патрик, — так. Сидеть! Это он мне, услав одним жестом гонца откуда ни пришел. А после, повернувшись ко мне: — Это и есть твоя женщина, Джонни? — Была, — поправил его Уильям. — Ты же не наделаешь глупостей? Это он мне. Глупостей⁈ Вцепились они в меня с двух рук и с двух сторон. Я не мог и пошевелиться. — Катберта вниз! — проскрежетал мастер Хейлс ближнему мальчишке. — Пошли, Джон, нам есть с кем договорить. Кое-что упустили… Боже мой, как он грязно ржал, булькая кровью, разбитым заново ртом, когда понял, с чем мы, щеглята, пришли, когда понял, что отомщен — пусть не полностью, пусть посмертно, ибо в глазах мастера Хейлса сиял тот желтоватый огонь Хепбернов, который сулил безусловную смерть, и вдобавок мучительную. — Говорил я тебе, — вздохнул Патрик, — давай добром, Симс. Нет же! Что ж вы все тут за люди… не люди, а псы смердящие. Тащи его, парни… готовь крючья, Катберт. Я же смотрел на все это, даже и не дрогнув внутри. Я пережил тошноту от века, времени, семьи и себя самого. Я был зол до тьмы в глазах — от бессилия, от чистоты выставленных силков. Именно Уот знал, где меня искать, и знал, когда. Он знал, где меня искать в то время, когда за ней пришли приставы. Я остро, мгновенно понял, почему он отпустил меня из Бранксхольма, почему и сам не утрудился прокатиться в Джедбург — незачем же. Просто было нужно подождать, пока блевотина Симса вызреет, и меня возьмут прямо на бабе. Но завистливые горожанки подсуетились, Несс взяли раньше, это и спасло мне честь и жизнь — тупая злоба честных жен Джедбурга. А донес на нее, на нас, как добрый католик, Симс. Терпеть не могу добрых католиков. Выволокли то, что осталось от Свиного уха, из подвала наверх, созвали свору. Тернбулл стоял с каменным лицом, Кроу хмурился, Мэттьюс отвернулся. Я должен был бы отпустить грехи этой падали, но он уже не мог ни согласиться, ни отказаться. Его перекрестил Франц. — За воровство, убийство, за клевету и злоумышление на доброе имя брата моего милорда епископа… |