Онлайн книга «Ставь на единорога»
|
Но с чего началась “черная паутина”, я все-таки знала точно. Это случилось на самом деле на одном из начальных этапов исследований. Это сейчас я точно знаю, что у меня получится все и даже больше. И что для этого мне вовсе не нужно многого. А тогда… я была совсем совсем юной девчонкой с безумной идеей и большими амбициями. И отлично видела снисходительное отношение ко мне и декана, и старших коллег. И тогда оно всерьез меня задевало. Даже эта замызганная лаборатория, выделенная для моих исследований, казалась почти насмешкой – хотя на самом деле в нее наверняка просто никто не удосужился заглянуть. И мои статьи. Ведь мне нужны были публикации в научных журналах. Мои идеи были встречены… ну, в общем-то, примерно так, как всегда встречают в научных кругах слишком смелые идеи. Меня называли фантазеркой. Добродушно журили. Или критиковали, разнося в пух и прах. А потом появился тот человек в строгом дорогом сюртуке и с совершенно незапоминающейся внешностью. Сказал, что мои статьи заинтересовали кого-то… и военное ведомство готово выделить средства на мою работу. Предоставить материалы и реактивы, какие потребуются. Нанять при необходимости помощников в мою команду. Оборудовать помещение для испытаний. И даже дать разрешение на ознакомление с кое-какими секретными исследованиями, которые могут представлять интерес в разрезе моей теории. Не то чтобы в этом всем была действительная необходимость. Если бы на мою работу мне не хватало средств и возможностей, предоставляемых университетом, я всегда могла попросить у отца. И даже если бы меня ждал провал, на состоянии Морришей это не так уж сильно отразилось бы. Но мне тогда казалось, что это было бы… не то. Я хотела добиться всего сама – без оглядки на принадлежность к старой семье. Доказать кому-то, чего стою. В тот момент я ликовала: ко мне отнеслись серьезно, меня заметили! Военное ведомство кому попало не делает таких предложений! И я согласилась. Подписала контракт – с ограничениями и без магического заверения (хоть на это ума хватило!), но подписала. Нет, я остановилась вовремя – когда поняла, к чему все может прийти. Или мне казалось, что вовремя. Разорвала контракт, выплатив в итоге чудовищную неустойку. И поспешила получить магически заверенный патент, чтобы без моего разрешения работу в томнаправлении никто не мог продолжить. Установила на него прямой запрет – тоже магически завереннный. И все-таки я сознавала, что как бы там ни было – это я сделала первый шаг в бездну. И еще – что раз несмотря на патент моими разработками кто-то сумел воспользоваться, значит, даже если в новой жизни я откажусь от контракта с самого начала, это может никого и ничего не спасти. И значит – лучше пусть вообще ничего не будет. Отцу я тогда рассказала все максимально коротко: работала, создала… все погибли. — Скажи мне, дочь, – сейчас папа явно с трудом подбирал слова, – в той, второй жизни… не могло ли у меня из твоего рассказа и поведения сложиться впечатление… что твои разработки необходимо продолжить? И что если ты бездействуешь, то кто-то должен… — Папа?.. – несколько секунд я просто ловила воздух, пытаясь осознать, что именно отец хочет мне сказать. Точнее, на самом деле – уже сознавая, но не в силах в это поверить. – Ты же не хочешь сказать, что… |