Книга Мой нищий принц, страница 27 – Эмма Серсанд

Суд вынес решение через три недели.

Три недели я жила в доме отца, пила горькие отвары и ждала. Каждое утро Сяо Лань уходила на площадь перед управой слушать сплетни, собирать новости, вынюхивать, что говорят люди.

Возвращалась она всегда с одним и тем же: суд идёт, свидетели дают показания, Гун Цзэ мечется, как тигр в клетке, а его адвокаты уже не так уверены в своей правоте.

Но приговора не было.

И вот на двадцать второй день у ворот дома остановилась карета с императорским гербом, Сяо Лань вбежала в мою комнату бледная, но с горящими глазами.

— Госпожа, прибыл посыльный из министерства. Господин Линь велел вам спуститься в большой зал.

Я отложила книгу, встала, поправила ворот платья и, замирая от ужаса, пошла.

ГЛАВА 17

В большом зале уже были отец, адвокат и чиновник в тёмно-зелёной мантии с вышитым журавлём на груди, символом пятого ранга.

В руках он держал свиток, перевязанный красной лентой.

— Госпожа Линь Вэй, - чиновник поклонился, но не низко, по статусу ему полагалось кланяться только наместнику и выше. - Поздравляю. Ваше дело рассмотрено.

Он развернул свиток и начал читать. Голос его был ровным, будто он зачитывал погоду на завтра.

— По итогам расследования дела о разводе госпожи Линь Вэй и его высочества Гун Цзэ, принца четвёртого ранга, суд установил: обвинения в жестоком обращении и угрозе жизни подтверждены документально. Показания служанок, медицинские заключения лекарей, а также собственное признание наложницы Фэн Юй не оставляют сомнений в виновности ответчика.

Я замерла. Собственное признание Фэн Юй? Она призналась? Я не верила своим ушам.

Чиновник продолжал:

— Гун Цзэ лишается титула принца четвёртого ранга и всех сопутствующих привилегий. Он приговаривается к ссылке в северные земли сроком на пятнадцать лет без права возвращения в столицу. Его имущество, за исключением личных вещей, конфискуется в казну.

Мой отец выдохнул.

Я смотрела как его плечи, которые всегда были прямыми, как сосны, вдруг чуть опустились от облегчения.

— Наложница Фэн Юй, признавшаяся в приготовлении и добавлении яда, сослана в монастырь отдалённой провинции навечно. Ей запрещено покидать территорию монастыря, принимать гостей и вести переписку с миром.

Сяо Лань, стоявшая у двери, тихонько всхлипнула. Я не обернулась. Боялась, что если отведу взгляд от свитка, то проснусь и всё окажется сном.

— Наложница императора, госпожа Вэй, мать Гун Цзэ, признана соучастницей сокрытия преступления. Учитывая её статус матери наследника престола, она помещена под домашний арест в своих покоях до конца своих дней.

Чиновник сложил свиток и поднял глаза на меня.

— И последнее. Госпожа Линь Вэй, ваш брак с Гун Цзэ расторгнут. Приданое возвращается вам в полном объёме, включая всё имущество, которое было продано или подарено третьим лицам, ответчик обязан возместить стоимость в трёхкратном размере. Вы и ваши потомки не имеете никаких обязательств перед родом Гун. Вы свободны.

Вы свободны.

Два слова. Я так долго их ждала!

Я не знала, что сказать, не знала, что сделать.

Просто стояла посреди большого зала и смотрела на жёлтый свиток в руках чиновника.

— Госпожа Линь? - чиновник обеспокоенно заглянул мне в лицо. - Вам дурно?

— Нет, - я наконец нашла силы ответить, голос был хриплым и будто чужим. - Нет, спасибо, господин. Всё хорошо, всё очень хорошо!