Книга Вакцина любви, страница 48 – Дейдра Дункан

В моей квартире чисто, но я все равно внимательно осматриваю гостиную, чтобы убедиться, что там нет ничего компрометирующего.

Быстро скидываю туфли и отношу их в спальню, а пальто оставляю на вешалке у входа.

Стук в полуприкрытую дверь заставляет встрепенуться мое сердце и запорхать бабочек в животе. Я распахиваю дверь и вижу Джулиана, который держит в руках картонную коробку, перевязанную красным рождественским бантом.

— Мне выпало твое имя в «Тайном Санте», – говорит он.

Внутри меня вспыхивает искра, горячая и стремительная, обжигая щеки и заставляя губы растянуться в улыбке.

— Правда?

Он уныло кивает.

— Джулиан Сантини, ненавистник всего, что связано с Грейс Роуз, был вынужден искать для нее рождественский подарок? – Я вскидываю бровь. – Интересно, что же там может быть?

Делаю шаг вперед. Холодный декабрьский воздух смешивается с его запахом, превращая его в нечто темное и экзотическое.

— Чтобы узнать, тебе придется ее открыть, – отвечает Джулиан, протягивая мне коробку.

Я забираю ее и слегка покачиваюсь от неожиданной тяжести.

— Боже мой, что там?

Он приподнимает картонную крышку, и я заглядываю внутрь.

Сахар.

Сахарный песок. Сахарная пудра. Тростниковый сахар. Декоративный сахар для посыпки. Заменитель сахара. Кусковой сахар.

Я ошеломленно смотрю на него.

— Какого черта, Джулиан? Что мне делать со всем этим сахаром?

На его лице играет веселая ухмылка, а щеки покрываются легким румянцем.

— Предлагаю использовать его для запекания детей. Говорят, убирает горчинку.

Уголок рта у меня невольно дергается в улыбке.

— Ты думаешь, это смешно?

Джулиан кивает, зажав переносицу, чтобы скрыть рвущийся наружу смех, и в моем животе разливается теплое, приятное ощущение.

Как же он мило смеется…

— Я думаю… – он легонько дергает меня за прядь волос, – что это уморительно. Сапфир.

— Ты же знаешь, что я Грейс, – говорю я голосом более мягким, чем хотелось бы.

— Точно. – Он прикрывает рот рукой, скрывая самодовольную улыбку. – Все время забываю.

— Ты невыносим. Ладно, проходи. Я достану твой подарок. Планировала оставить его у твоего порога завтра утром, но, видимо, придется восстановить равновесие.

Его улыбка тут же гаснет.

— Погоди. Тебе попалось мое имя?

В моем горле зарождается циничный смешок.

— Учитывая, что весь мир, кажется, сговорился против меня, ответ очевиден. Заходи, Джулиан. На улице холодно.

— Зайти… в твою квартиру?

Я обвожу рукой комнату, от потертого ковра до потолка с фактурной штукатуркой.

— Ты думаешь, у меня тут расставлены ловушки на Джулианов? Я не кусаюсь.

Выражение его лица становится непроницаемым. Он нерешительно переминается с ноги на ногу на пороге.

— Джулиан? – Я тяну его за лацканы пальто. – Заходи. Тут тепло.

Перейдя через порог и закрыв дверь, он задерживается в прихожей. Его взгляд скользит по моему обшарпанному синему дивану, картинам на стенах и книжных полках. А когда он проходит в гостиную, меня захлестывает ощущение вторжения.

Мое личное пространство нарушено, захвачено и покорено.

Я чувствую, как румянец заливает лицо.

— Подожди здесь. Я его сейчас принесу.

С бешено колотящимся сердцем я ставлю коробку с сахаром на стол и проскальзываю в спальню за подарком. Ловлю свое отражение в зеркале и поспешно приглаживаю выбившиеся пряди.