Онлайн книга «Развод. Не возвращай нас»
|
— Она… Она подняла на меня руку! — жалуется. Хлопает мокрыми ресничками… Жалуется на меня… Моему… мужу! А он… покровительственным жестом накрывает ее круглые, покатые плечи. Наступает мой черед вернуть мужу вопрос: — Тимофей, что здесь происходит?! Глава 2. Она — Я испугалась… Я так испугалась! — продолжает лопотать Марина, смотря на моего мужа снизу вверх, будто на спасителя. Словно он укрыл ее от смертельной опасности. И еще… Еще она его пресс пузом своим подпирает! И его руки на ее плечах. Это все сюр какой-то! Иначе и быть не может. Сон. Кошмар приснился! Сейчас проснусь… Но не получается! — Бусинка тоже разволновалась, чувствует, что маме нехорошо… Вот, потрогай! Марина тянет вниз руку Тимофея, и он опускает ладонь на ее живот. — Чувствуешь? Муж кивает. — Охренеть! — выдыхаю. — Вы, двое. Ау! Ничего не забыли? — ногой топаю. Тимофей вздыхает и отстраняет от себя Марину. — Мариш, тебе волноваться нельзя. — Да, — слезки вытирает. — Я все понимаю, но… — Тимофей, твою мать! Объяснись немедленно! — Даша! — отвечает с рыком. — Помолчи! — Что? — Я сейчас все объясню, но, ради всего святого… Сейчас обстановку… Не накаляй! Будь добра. Сядь и закрой рот, пожалуйста. Будь умной! У меня горло сковывает немым возмущением, пульс достигает таких пределов, что сердце в груди сначала будто взлетает вверх и бьет в глотке, но потом вдруг замирает. Во все стороны расползается онемение, от которого колет под ребрами. Невыносимые ощущения! Я тру грудную клетку, силясь прогнать симптомы… Голова идет кругом. С трудом делаю шаг и опускаюсь на стул, будто сломанная марионетка. Не понимаю… Что это было? Не верю… Шарю взглядом по опустевшей кухне: Тимофей вышел с Мариной. Не привиделось! Он возвращается через несколько минут и плотно прикрывает за собой дверь. — Поговорим? — смотрит мрачно и вдруг цепенеет, увидев ладонь поверх груди. — Тебе нехорошо? Вот же черт! И тебе… плохо стало. Муж цокает языком, в его голосе четко слышится раздражение: — Что же вы, бабы… Такие эмоциональные? — в сердцах восклицает. — Чуть что, сразу слезы, истерики и болезни выкатываете. Бабы?! Вы, бабы?! Это он про кого?! Про меня и ту… попутавшую берега суррогатную мать?! — Что происходит, Тимофей? — спрашиваю я. — Сначала ответь, как твое сердце, — задает вопрос угрюмо. — Плохо? — Переживу. Ты же знаешь. — Если у тебя самочувствие дурное, то просто давай отложим этот разговор до лучших времен. Этот разговор не из простых. Тимофей отводит взгляд в сторону. — Тебе лучше прилечь отдохнуть. Сегодня жара адская, — трет шею. — Магнитные бури. Вспышки на солнце. Нам всем… Всем стоит успокоиться и отдохнуть. Муж кивает в сторону двери: — Давай, иди. Отдохни. С Мариной я сам поговорю. Тебе не о чем переживать. — Отложить разговор хочешь? Вот уж нет! Что это было? Ты и она… Она на тебя вешается?! — спрашиваю я. — Знаешь… Я понимаю, что ты ждешь ребенка. С нетерпением! И я тоже его жду… Тоже считаю нужным проявлять заботу и внимание о той, которая вынашивает нашего с тобой малыша, но она… в край охренела! — говорю я. — Это уже слишком! Тимофей делает шаг вперед, к столу, опускается на него ладонями, смотрит вниз, словно хочет прожечь взглядом на столе дыру и прочесть там ответы, видимые только ему одному. |