Книга Развод. Без оглядки на прошлое, страница 4 – Диана Ярина

Я не решаюсь произнести это слово, за меня его говорит муж.

— Другая. У меня есть. Другая. Вот…

Муж не просто произнес эти слова.

Он подкрепляет их действиями, показывает фото юной девицы, которая позирует у окна.

Тонкая, юная брюнетка, с высокой сочной грудью.

Я тоже была такой когда-то: и могла сфотографироваться, игриво оставшись лишь в одной его рубашке, когда тугие соски натягивают полупрозрачную ткань. Ему нравилось видеть на мне свою одежду.

Рубашка, футболка — все летело прочь.

С особой жестокостью и страстным запалом с меня слетали его треники… Да, вот такой нюанс. Стоило мне натянуть на свой зад его спортивки, которые обтягивали зад, все… Это означало одно: можно не бежать, мне не уйти. Но я все равно игриво убегала, дразня и зная, что он меня догонит, сдерет с задницы свои штаны хорошенько отымеет, так, что на ногах невозможно держаться…

Невольно задаюсь вопросом: эта девица тоже… щеголяет в его исподнем или только рубашками ограничивается?

Рубашка-то на ней — его.

Мной купленная, между прочим!

Так и захотелось треснуть наглой шлендре по рукам и губам: ты сначала мужчину научи стильно одеваться, а потом рубашки его носи!

Научи быть таким, какой он сейчас. Это было сложно. В особенности, учитывая презрение Захара к формальностям и стилю.

Сколько я с ним воевала…

Это сейчас он десять раз подумает, какую рубашку выбрать под брюки, а раньше мог схватить первую попавшуюся и отправиться даже мятым!

Муж смотрит на фото. Я замечаю, как расширяется зрачки его глаз и учащается дыхание.

Он любуется.

Ею.

Не мной.

— Моя последняя любовь.

Даже голос Захара звучит иначе.

Вибрирует низкими интонациями, которых в его голосе я давно не слышала!

Все понимаю.

Все-все…

Но отказываюсь в это поверить.

Не хочу быть той, которую бросили после двадцать пятой годовщины свадьбы…

Я все еще думаю, что он шутит так…

Последняя любовь? Прям… ЛЮБОВЬ?!

Какая ЛЮБОВЬ?!

Он же… дедом стал!

Какая… еще… любовь?!

— А я?

— А ты, Нина… За эти годы жизни мне как друг, бесполое существо… Так, что, одобряешь мой выбор? — интересуется он.

Мое сознание делает кувырок, летит куда-то стремительно вниз, пробивая дно.

Кажется, так говорят: думала, достигла дна, но снизу постучали.

У меня сейчас чувство, что по моей голове стучат: тук-тук-тук.

Стучат и беспокойно скребутся, пытаясь пробраться внутрь его слова.

Неверные, злые, противные.

Неправильные.

Нет-нет.

Я поднимаюсь и иду прочь, пошатываясь.

Не заботясь о красоте походки. Может быть, как уточка переваливаюсь с ноги на ногу?

О, его молодуха, наверное, вспархивает феечкой без опоры, а я всегда сначала ставлю ладонь на подлокотник и только потом вытаскиваю свое тело из кресло. Тело, отдавшее дань материнству и времени, потяжелевшее в некоторых местах.

Голливудские звезды и в шестьдесят могут похвастаться прессом: так говорят таблоиды, а потом мерзкие папарацци подкарауливают звезд в кустах и публикуют правдивые, может быть, нарочно подчеркивающие несовершенство, снимки. Обвисшая кожа, местами бледная, складки, животик, растяжки, усталый вид… Без звездного макияжа, укладки и ретуши фотографии все выглядят плюс-минус одинаково… Да, со скидкой на спорт и изнурительные занятия.

Но все же… Есть то, с чем тяжело тягаться и спорту, и косметологу, и даже пластическому хирургу.