Книга Мы в разводе. Не возвращайся, страница 4 – Диана Ярина

Я тычу пальцем в него, мой жест обвиняющий, отчаянный.

— Ладно, первый получился случайно и вынудил тебя жениться. Хотя меня ты убеждал в своих чувствах, но оставим это на твою совесть, которой у тебя, кажется, совсем нет!

По залету женился.

Я проговариваю его же мерзкие слова, и они обжигают мне губы, как кислота.

— А остальные? Кто тебя вынудил?

Голос срывается на крик.

— Или я тебя на прицеле держала и заставляла меня трахать?

Я вижу, как он краснеет, как сжимаются его кулаки. Но я не останавливаюсь. Я не могу. В голове проносятся картинки последних недель, его ласки, его страсть, которая сейчас кажется таким фарсом.

— А последний месяц? — почти шепотом, но от этого еще страшнее. — Ты на меня каждую ночь залезал! Это что вообще такое было? Игра? Ритуал? Отработка супружеского долга перед тем, как сбежать?

Он отводит взгляд, смотрит в окно, в темноту.

Его плечи опадают. Внезапно он кажется не монстром, а просто уставшим, потерпевшим кораблекрушение человеком.

Но мне его не жалко. Ни капли.

— Не знаю, что ты хочешь услышать! — говорит он глухо.

Он даже не пытается придумать оправдание. Не пытается смягчить удар.

— Правду, — выдыхаю я. — Одну только правду. Какой бы ужасной она ни была.

— Я ее тебе уже сказал. Другой правды не будет.

Я сжимаю кулаки, впиваюсь ногтями в ладони.

— Кто она?!

Никита молчит.

Я не отступаю.

— КТО ОНА?! Отвечай! Мужчины — существа конкретные. Они не уходят в пустоту, просто потому, что им хочется. Они всегда уходят куда-то, к кому-то. Так к кому уходишь ты, Никита?

Я жду продолжения, объяснений, скандала — чего угодно!

Но он просто смотрит на меня, и в его глазах нет ни злобы, ни любви.

Он — другой, чужой и холодный.

Это просто какой-то другой человек с лицом моего мужа и пустыми нарисованными глазами.

— Понимаю, тебе непросто. Не усложняй еще больше, Арина. Попробуй хотя бы взглянуть на бумаги, пойми, что я… хочу быть честным и заботливым в разводе.

Честным?

После двадцати семи лет лжи.

Заботливым.

После того как только что объявил, что женился по залету и все эти годы притворялся!

Смех вперемешку со слезами подкатывает к горлу, но я его глотаю.

— Поздно быть честным! — вырывается у меня.

Я тычу пальцем в злополучную кипу документов на столе.

— Я ничего не подпишу. Ничего.

Никита медленно выдыхает, и в его взгляде появляется что-то похожее на жалость.

Липкая, противная.

Он думает, что я буду за него цепляться и заранее брезгливо кривится: Никита всегда презирал женщин, которые вешаются на мужчин…

— Однако это ничего не изменит, — произносит он тихо, но решительно. — Развод состоится, а я…

Муж замолкает, и его взгляд становится отрешенным. Он скользит по стене, останавливаясь на большом семейном портрете, где мы все вместе — улыбающиеся, счастливые, единое целое.

По лицу пробегает волна, выражение глаз становится ожесточенным: он будто взглянул в лицо своему самому большому провалу, самой большой неудаче!

— Ухожу, — добавляет так, словно ставит точку.

И он делает это.

Прямо сейчас.

Он идет к лестнице и поднимается на второй этаж, как робот, начинает собирать вещи.

Никита идет к шкафу и вынимает заранее приготовленную дорожную сумку. Он не мечется по комнате, не раздумывает, что взять. Он четко знает, где что лежит.

Его движения аккуратные и лишены каких-либо эмоций.