Книга Успокоительный сбор. Мелиса для хитрого лиса, страница 81 – Екатерина Мордвинцева

Влад помолчал. Потом взял меня за руку и повёл в кабинет. Усадил в кресло, сам сел напротив.

— Сядь, — сказал он. — Поговорим серьёзно.

Я села.

— Клим в СИЗО, — начал он. — Но его люди остались. Кто-то из них захочет отомстить. Кто-то займёт его место. Это война, которая никогда не кончается. Я устал от неё. Я начал в шестнадцать, сейчас мне почти тридцать. Половину жизни я провёл в этой грязи. И я хочу выйти.

— Выйти в смысле… легализоваться? — спросила я.

— Да. У меня есть легальный бизнес — строительная компания, несколько объектов недвижимости. Я могу перевести все активы туда, закрыть контрабанду, распустить людей. Это займёт время — полгода, может, год. Но это возможно.

— А твои враги? Клим, его сторонники?

— Клим в тюрьме. Его сторонники разбегутся, если увидят, что я ухожу. Им не нужен вожак, у которого нет власти. А если кто-то захочет отомстить… я защищу себя и тебя. У меня есть люди, есть деньги, есть планы.

— Ты хочешь, чтобы я осталась с тобой на время этого переходного периода? — спросила я.

Влад посмотрел на меня долгим взглядом.

— Я хочу, чтобы ты осталась со мной навсегда, — сказал он. — Но не как горничная. Не как девочка, которая отрабатывает долг. А как…

Он замолчал, и я увидела, как трудно ему подбирать слова.

— Как партнёр, — закончил он. — Равный. Я не буду держать тебя в клетке. Ты можешь уйти в любой момент, это твоё право. Но я хочу, чтобы ты была рядом. И помогла мне стать лучше.

Я смотрела на него — на этого опасного, холодного, чужого человека, который открывался мне, как книга, которую никто не читал.

— Что я получу взамен? — спросила я.

— Всё, — ответил он. — Дом, деньги, безопасность. Возможность учиться в консерватории — я оплачу обучение. Возможность не работать, если не хочешь. Возможность путешествовать. И меня. Непричёсанного, злого, иногда невыносимого — но меня.

— А что ты получишь?

— Покой, — сказал он. — И надежду, что я смогу быть нормальным человеком.

Я встала, подошла к нему, села на подлокотник его кресла.

— Ты никогда не будешь нормальным, — сказала я. — У тебя татуировки на полтела и контрабанда в прошлом. Но я не ищу нормального. Я ищу тебя.

Он обнял меня за талию, прижался лицом к животу.

— Ты — лучшее, что случилось в моей жизни, — прошептал он.

— Ты — самое страшное, что случилось в моей жизни, — ответила я. — Но, наверное, это и есть любовь.

Мы сидели так долго. Я гладила его по голове, а он дышал ровно и спокойно — впервые за много лет, наверное.

— Так что там с Викой? — спросила я, чтобы разрядить обстановку.

— Завтра утром я переведу ей деньги, — сказал Влад. — И закрою этот вопрос. Она больше не придёт.

— Уверен?

— Уверен. Я поставлю охрану у ворот. Если появится — не пустят.

— Не надо, — сказала я. — Я сама справлюсь с бывшими девушками. Я не хрустальная.

Влад поднял голову, посмотрел на меня с восхищением.

— Ты — стальная, — сказал он. — Феникс.

Вечером мы ужинали в малой столовой — вдвоём, при свечах. Марина приготовила что-то невероятное — утку с яблоками, картофельный гратен, салат из рукколы с пармезаном. Я ела и чувствовала себя почти счастливой — насколько можно быть счастливой, когда знаешь, что за стенами дома есть люди, которые хотят тебя убить.

— Алиса, — сказал Влад, отодвигая тарелку.