Книга Успокоительный сбор. Мелиса для хитрого лиса, страница 1 – Екатерина Мордвинцева

Чайник закипел ровно в тот момент, когда я в последний раз проверила права.

Я замерла над раковиной с кружкой в руке, прислушиваясь к этому низкому, утробному гулу, который постепенно переходил в свист. На кухне пахло мятой и — почему-то всегда — старыми деревянными шкафами, которые моя мама когда-то перекрасила в противный салатовый цвет. «Бодрит», — говорила она. Я думала иначе: салатовый — цвет школьной доски, на которой учительница рисовала мелом схемы падежей.

Схемы мне никогда не помогали. А вот чай — да.

Я отключила плиту, залила кипятком пакетик с мелиссой и уставилась на пластиковую карточку, лежащую на подоконнике. Водительское удостоверение. Моё. С моей фотографией — неудачной, как и все остальные, потому что я не умею улыбаться в камеру без того, чтобы не выглядеть перепуганным хомяком. Но главное было не в улыбке. Главное — большая красная буква на обложке моей старой ученической карты сменилась на синюю, и на ней было написано: «Водительское удостоверение РФ».

Я взяла карточку в руки. Пластик был прохладным и скользким, как рыбья чешуя. Я повернула её к свету — голограмма переливалась, будто подмигивала мне.

— Чудо, — прошептала я и тут же рассмеялась собственному голосу, сорвавшемуся на фальцет.

Чудо. Потому что ещё три недели назад я была уверена, что провалю экзамен в четвёртый раз.

Четвёртый раз, Карл. Моя подруга Ленка получила права с первой попытки, села в папину «Тойоту» и уехала в сторону моря, даже не моргнув. Я же после каждой неудачной сдачи возвращалась домой, пила чай с мелиссой (успокаиваться) и убеждала себя, что мне не нужна эта дурацкая корочка. Можно жить на такси. Или на автобусах. Или вообще никуда не ездить — сидеть в своей комнате, читать детективы и строить планы на жизнь, которая никогда не сдвинется с мёртвой точки.

Но потом случилось кое-что. Точнее, кто-то.

Я отхлебнула чай. Мелисса обожгла язык, но следом пришло то самое успокоение — мягкое, травяное, почти материнское. Мама не пила мелиссу. Она любила чёрный чай с бергамотом, заваривая его так крепко, что ложка стояла. Мама была крепкой. Она работала бухгалтером в какой-то мелкой конторе, развелась с отцом, когда мне было двенадцать, и с тех пор не позволяла себе ни минуты слабости.

Я — позволяла. И мелисса была моим тихим бунтом против её «возьми себя в руки».

— Алиса! — донеслось из коридора. — Ты выходишь или будешь полдня чаи гонять?

Мамин голос. Прямой, как линейка.

Я вздохнула и сунула права в карман джинсов.

— Выхожу!

— У тебя смена через час. Не опаздывай, Саныч сегодня злой, — предупредила она, и я услышала, как хлопнула дверь ванной.

Саныч — это мой начальник в кафе «Уют», которое находится на первом этаже бизнес-центра. Название, кстати, абсолютно не соответствовало реальности. «Уют» представлял собой тесное помещение с пластиковыми стульями, вечно заляпанными кетчупом, и меню, которое не менялось с 2015 года. Саныч — мужчина пятидесяти с лишним лет с вечно красным носом и привычкой проверять качество уборки белым носовым платком. Если платок становился серым — он вычитал из зарплаты пятьсот рублей.

Я ненавидела эту работу.

Но она кормила меня — точнее, кормила мою копилку. Ту самую, жестяную, в виде кота, с отклеившимися усами, куда я складывала чаевые и проценты от зарплаты. Копилка стояла на полке над кроватью и скалилась своей щелястой улыбкой. В ней лежало что-то около сорока тысяч — смешные деньги для кого-то, но для меня целое состояние. Я копила на курсы английского при университете.