Книга Ты скрыла от меня сына, страница 5 – Лиссбет Котцова

Но Андрей Захаров был сложнее.

Он умел быть жёстким. Невыносимым. Гордым до жестокости. Он мог ранить одним взглядом, одним словом, одним молчанием.

Но плохим?

Нет.

Когда-то он держал меня за руку так, будто я была его миром. Когда-то шептал мне в висок: «Я никому тебя не отдам». Когда-то смотрел так, что я верила — у нас навсегда.

А потом это «навсегда» рассыпалось в пепел.

— Он просто… из прошлого, — сказала я наконец.

Миша не понял, но кивнул.

— А прошлое — это далеко?

Я слабо улыбнулась.

— Иногда кажется, что да.

Я поцеловала его в лоб и отправила мыть руки.

Пока в ванной шумела вода, я стояла посреди кухни и смотрела в одну точку.

Телефон лежал на столе.

Чёрный экран.

Мёртвый.

Но мне казалось, что он сейчас оживёт. Зазвонит. Высветит незнакомый номер.

И я услышу его голос.

«Я всё знаю».

Я схватила телефон, открыла контакты и нашла номер своей подруги.

Лера ответила почти сразу.

— Ты жива? Я тебе с утра пишу.

Я открыла рот — и вдруг поняла, что не могу говорить.

Горло сдавило так сильно, что стало больно.

— Ника? — голос Леры изменился. — Что случилось?

Я закрыла глаза.

— Я встретила его.

Пауза.

Такая длинная, что я услышала собственное дыхание.

— Захарова? — тихо спросила она.

Я кивнула, хотя она не могла этого видеть.

— Да.

— Он видел Мишу?

Я прижала ладонь к губам.

— Да.

— Чёрт.

Вот именно.

Чёрт.

— Он догадался? — спросила Лера.

Я медленно опустилась на стул.

— Почти. Нет… не почти. Он считает. Он смотрел на него, Лер. Так смотрел… будто уже знал.

— Что ты сказала?

Я засмеялась.

Сухо. Безрадостно.

— Что это не его ребёнок.

— Ника…

— А что мне было сказать? — сорвалась я. — «Привет, Андрей, это твой сын, которого я родила после развода и скрывала три с половиной года»? Так?

— Я не обвиняю тебя.

— А он обвинит.

В этом я не сомневалась.

Он не просто обвинит.

Он уничтожит меня этим взглядом. Холодным, яростным, неверящим.

Скажет, что я украла у него сына.

И будет прав.

От этой мысли стало так больно, что я согнулась, прижимая руку к животу.

— Он хочет тест ДНК, — прошептала я.

Лера выругалась.

— Ты не обязана соглашаться сразу.

— Если он пойдёт в суд?

— Ника…

— Он пойдёт, — сказала я. — Ты же его знаешь. Если Захаров во что-то вцепился, он не отпускает.

Особенно если считает это своим.

А Миша…

Я не смогла закончить мысль.

— Послушай, — твёрдо сказала Лера. — Ты должна успокоиться. Сейчас главное — не паниковать.

— Поздно.

— Нет. Не поздно. Ты мать. У тебя есть права.

— А у него?

Лера замолчала.

И в этой тишине был ответ.

У него тоже были права.

Права, которых я его лишила.

Я закрыла глаза и снова увидела Захарова у подъезда.

Его руки по обе стороны от меня. Его лицо слишком близко. Его голос:

«Тогда почему ты боишься?»

Потому что я не знала, как защититься от человека, которого когда-то любила больше собственной жизни.

И, может быть, где-то в самой тёмной, самой запретной части сердца всё ещё любила.

— Мне надо идти, — сказала я глухо.

— Ника, не делай глупостей.

— Я уже сделала.

Я отключилась.

В ванной перестала шуметь вода.

— Мам! А где моё полотенце с машинками?

— Сейчас, малыш!

Я спрятала телефон в карман, вытерла лицо ладонями и пошла к сыну.

Жизнь не остановилась.

Вот что было самым ужасным.

После встречи с Захаровым мир не рухнул. Потолок не обвалился. Стены не треснули. Люди за окнами продолжали идти по своим делам. Машины ехали. Чайник кипел. Ребёнок просил полотенце.