Книга Развод. Испеку себе любовь, страница 90 – Яна Марс

Стук в дверь прозвучал как выстрел в гробовой тишине квартиры. Аля не шевельнулась, лежа на диване и уставившись в потолок. Еще один заседание позади, очередная порция унижений и туманных перспектив. Казалось, силы покинули ее навсегда, растворившись в тягучем смоге апатии.

Вика ворвалась в её жизнь, как всегда — с грохотом каблуков, громким смехом и парфюмом с запахом чёрной смородины, который не спутать ни с чем. Высокая, собранная, в безупречном пальто цвета верблюжьей шерсти и на каблуках, которые отчётливо цокали по паркету, возвещая о её приходе. За ней тянулся шлейф дорогого, бодрящего парфюма с нотами чёрной смородины и пачули.

— Боже правый, у тебя тут как в склепе, — объявила она с порога, решительно подошла к окну и рывком дернула штору. — Молчи, не сопротивляйся. Сегодня мы ужинаем в приличном месте, и я не приму "нет" в качестве ответа. Ты превращаешься в растение.

Аля бессильно откинулась на спинку дивана. Протестовать не было сил. Вика смотрела на неё с такой стальной решимостью, что любое сопротивление было бесполезно. Сдавленно вздохнув, Аля поплелась в спальню. Она машинально потянулась к привычному тёмному комплекту — удобным брюкам и свободному свитеру, своей ежедневной броне. Но Вика, словно обладая даром телепатии, крикнула из гостиной:

— И надень что-нибудь этакое!

Аля на секунду замерла. Рука сама потянулась к дальней стенке шкафа, где висели реликвии её "прошлой" жизни. Её пальцы наткнулись на шёлк. Она достала платье — короткое, цвета густого индиго, с дерзким вырезом на спине. Она купила его в бутике на Петровке в тот день, когда подписала свой первый крупный контракт в московской фирме. Надела всего пару раз. Потом была беременность, роды, бессонные ночи, медленное возвращение к себе, а затем — развод и война с Ильёй. Платье стало символом свободы, которую она безвозвратно утратила.

Она натянула его на плечи, ожидая знакомого, душащего чувства тесноты на талии, горького разочарования... но его не было. Ткань мягко, почти по-старому, облегла бёдра, на талии не было и намёка на натяжение. Аля с изумлением подошла к зеркалу. Её отражение было бледным и уставшим, но силуэт... Силуэт вернулся к прежним очертаниям. Стресс, нервное истощение, дни, когда еда становилась безвкусной, а единственным топливом был чёрный кофе — всё это сделало своё дело. Она похудела и не заметила.

— Ну, ты там заснула? — нетерпеливо позвала Вика.

Выйдя из комнаты, Аля увидела, как глаза подруги вспыхнули одобрением.

— Вот это да! — оценивающе свистнула Вика. — Смотрю, судебные тяжбы тебе к лицу. Поехали, красотка.

Ресторан был шумным и модным, полным чужих голосов и звона бокалов. Первые полчаса Аля чувствовала себя не в своей тарелке, будто аквариумная рыбка, выпущенная в открытое море. Она инстинктивно съёживалась, её пальцы нервно теребили край скатерти. Но бокал прохладного совиньон-блана и неумолкаемый, как горный ручей, поток болтовни Вики постепенно растопили лёд. Мыщцы лица наконец расслабились, и Аля позволила себе слабую улыбку.

— Ну, так что у вас с Артемом? — перейдя к главному, спросила Вика, откладывая меню. — Ты вся светишься, когда упоминаешь его.

Аля покраснела, отведя взгляд.

— Он… другой. И между нами ничего нет!