Онлайн книга «Лишняя в его семье»
|
— В смысле — если бы я больше ей помогала? — громко возмущаюсь. — Ты вообще о чем? Возьми и спроси у своей матери, когда она в последний раз мыла полы, посуду, когда последний раз готовила… — Буквально вчера она приготовила великолепную утку конфи, не помнишь разве? — выпячивает он подбородок. — Она не готовила ту утку! — я почти кричу. — Она ее заказала в ресторане, наверное на те деньги, что ты ей, оказывается, ежемесячно выдаешь… — Что ты придираешься к мелочам? — Он машет руками. — Я же в общем… Тоня, послушай меня. И тут на кухню стремительно входит Елена Анатольевна. В домашнем шелковом халате, с аккуратно уложенными волосами. Даже дома она выглядит как с обложки журнала. — Нет, Тонечка, — говорит она спокойным, ровным голосом, — дела обстоят не так. Дима тут деликатничает с тобой, а я скажу прямо. — Она делает театральную паузу, смотрит на меня сверху вниз. — Либо ты избавляешься от плода, либо съезжаешь и растишь его где хочешь. — Дима? — Я ошарашенно смотрю на мужа, в последний раз надеясь, что он скажет хоть слово в мою защиту. — А что Дима? — Елена Анатольевна сверлит меня холодным взглядом. — Он как раз может остаться. В ушах звенит. Кажется, пол уходит из-под ног. Мой муж стоит рядом и молчит. Просто молчит, когда его мать говорит мне такие вещи. — Да пошли вы оба… — шепчу я, а потом говорю громче, почти кричу: — Дорогу сами найдете! Еле сдерживая злые слезы, бросаюсь через комнату к кладовке за чемоданом. Руки трясутся так сильно, что с трудом достаю его с верхней полки. Тяжелый, пыльный — давно им не пользовались. За спиной слышу, как Дима растерянно бормочет что-то матери, а та отвечает все тем же спокойным тоном. Будто обсуждают погоду, а не то, что только что разрушили мою жизнь. Глава 4. Тоня не дури! Тоня Я качу чемодан по тротуару в сторону остановки. Кое-как запихала туда все, что смела со своих полок в шкафу. Колесики цокают по асфальту, одно постоянно заедает — приходится дергать и тащить эту тяжелую махину волоком. Параллельно пищит телефон, как назойливый комар: «Тоня, прекрати дурить!» «Тоня, возвращайся, и мы найдем какой-то приемлемый выход!» «Тоня, ты мне нужна…» Серьезно, блин? Между прочим, если бы я ему была так нужна, он бы сейчас не в квартире сидел с мамочкой. Вообще-то, он мог за мной побежать на улицу. Мог бы не дать мне собрать вещи. Мог бы грудью встать перед дверью и сказать что-то из разряда: «Люблю, не пущу!» Но он же не встал! А ведь я ждала. Господи, как же я ждала! Когда рывками стаскивала с полок свои кофточки, когда судорожно выдергивала из комода белье, когда с грохотом выворачивала ящики… Все время прислушивалась — не идет ли? Не остановит ли? Может, сейчас ворвется и скажет, что это все бред, что я его жена, что мы справимся? Нет. Он сидел там на кухне с мамочкой и шептался о чем-то своим противным заговорщицким шепотом. Даже носа не показал, когда я собирала вещи. Только когда входная дверь за мной хлопнула, он, видимо, опомнился и начал строчить эти жалкие сообщения. Трус. Обыкновенный, банальный трус. Когда дохожу до остановки, уже вовсю темнеет, холодает. Ветер усиливается, треплет волосы, забирается под куртку. Вокруг зажигаются окна в домах — люди ужинают, смотрят телевизор, укладывают детей спать. У них есть дома, им есть куда вернуться. |