Книга Чужие под одной фамилией, страница 241 – Александра Новикова

Блять, как же больно понимать, что ты можешь спасти её тело, но её сердце всё равно тянется к тому, кто его разбил.

Алиса, сидевшая через ряд, с нескрываемым интересом наблюдала за этой драмой, переводя взгляд с меня на них. Она буквально затаила дыхание, ждала, когда я сорвусь. Весь класс ждал, когда я начну крушить мебель и впечатывать Самойлова в доску. Но я только сильнее вжался лицом в свои руки. Если Ника хочет верить в сказку с этим предателем — я не имею права вырывать её из этой иллюзии силой. Даже если эта иллюзия в итоге её добьёт.

— Ян… — раздался тихий голос рыжей где-то сбоку. — Ты чего, уснул?

Я не ответил, просто считал секунды до звонка, надеясь, что мои нервы не лопнут раньше, чем Тим отвалит от моей жены.

Всю перемену они простояли там, о чем-то шепчась, а в конце этот гад достал из сумки плитку шоколада. Дорогой, наверное, в золотистой обёртке, и протянул Нике.

Самойлов вальяжно пошёл на своё место, сияя как начищенный пятак. Ника села рядом, дыхание у неё было сбитым, пальцы слегка дрожали, когда надрывала упаковку, и шорох фольги казался мне оглушительным.

— Будешь? — она отломила кусочек и протянула мне.

Я посмотрел на эту плитку, на её тонкие пальцы. В носу зачесалось от сладкого запаха. От него несло Самойловым, его дешёвыми подачками, и фальшивым "прости". Меня едва не вывернуло прямо на учебник.

— Нет, — отрезал я, не меняя позы. — Не хочу.

Ника даже не заметила, как я посмотрел на этот кусок шоколада. Она просто закинула дольку в рот, чуть прикрыв глаза. Ей было вкусно, а мне казалось, что я сейчас партой стену проломаю вместе с этим грёбаным "принцем".

* * *

Понедельник догорал медленно. Домой вернулся раньше обычного, чувствуя, как бетонная пыль скрипит на зубах, а в голове до сих пор звучит этот бесконечный школьный гул и шорох шоколадной обёртки. Казалось, этот запах преследует меня даже в собственной прихожей.

— Ян? Ты рано сегодня, — Ника выглянула из комнаты.

Голос спокойный, но глаза... в них всё ещё горел тот дурацкий огонёк после общения с этим козлом. Будто он ей дозу вколол этим своим шоколадом.

— Да, закончили пораньше. Устала? — спросил, стягивая куртку.

— Нет. Ян, мы... посмотрим сегодня "Импровизаторов"? Помнишь, ты обещал? — она умоляюще смотрела на меня, снизу вверх, как ребёнок, который боится, что праздник отменят.

Я кивнул, чувствуя, как внутри невольно теплеет. Ради этого взгляда я готов был смотреть что угодно.

Через полчаса уже лежал на кровати, вытянувшись во весь рост. Спина наконец-то расслабилась, позвонки благодарно хрустнули. Я настраивал телик, листая выпуски, а Ника устроилась рядом. Как обычно — в самом углу, поближе к окну, подтянув колени к подбородку и обхватив их руками. Она была похожа на маленького зверька, который вроде и доверяет, но на всякий случай держит путь к отступлению открытым.

Экран мигнул, выбирая нужный эпизод, и в этот момент на кровати между ними завибрировал её телефон. Резко, противно, нарушая тишину своим дребезжанием. Ника вздрогнула, и перевела взгляд на мобильный. Я увидел, как её лицо в секунду изменилось. Весь свет погас, сменившись чем-то лихорадочным, испуганным и виноватым. Она схватила телефон так быстро, будто он мог прожечь матрас.

— Я... я сейчас, — пробормотала она, не глядя на меня.