Книга Амнезия. Играя без правил, страница 48 – Сэлли Собер

Внезапная вспышка боли. Не там, нет. В висках. Снова. Картинки. На этот раз их тысячи. Так много, что мне кажется, вот-вот лопнет голова.

Глафира, её смерть, моя вина. Отец, мой отец — заклятый враг Добрынина. И я не его жена. Я свободна. Была. Была свободна.

— Аделина? — голос Власа доносится будто издалека. — Что случилось? Ты побледнела…

Я вздрагиваю, возвращаюсь в реальность. Его пальцы всё ещё на моём теле, губы — на коже, но теперь между нами будто выросла стена. Воспоминания — острые, болезненные — разрывают пелену страсти.

— Отпусти, — шепчу, отталкивая его плечи. — Отпусти меня.

Аделина.

— Что с тобой? — Влас поднимается выше, заглядывает мне в глаза.

— Мне... Мне стало плохо. Я пойду в свою комнату. Прости... — Поднимаюсь, хватаю простынь, заматываясь. — Опять воспоминания... О... О Глаше. Моей подруге. Мне нужно побыть одной. — Бросаю напоследок и убегаю в свою комнату, закрываясь изнутри.

Прислоняюсь к двери спиной. Дыхание сбито, сердце колотится так, будто готово выпрыгнуть из груди. В висках всё ещё пульсирует боль, а перед глазами — страшные воспоминания…

Опускаюсь на пол, подтягиваю колени к груди, обхватываю их руками. Пытаюсь упорядочить обрывки воспоминаний, но они разлетаются, как сухие листья на ветру.

Но самое главное не это. Сейчас не это. Влас... Он лгал мне. Он не мой муж. Он лжец. Он враг моего отца. Шантажист, манипулятор, похититель. Он украл меня после аварии. И запер здесь. Сломал, заставив думать, что мы вместе. Заставил любить себя.

В голове вихрь из разрозненных образов и фактов. Авария. Темнота. Пробуждение в незнакомой комнате. Его лицо надо мной — заботливое, тревожное. "Всё хорошо, милая, ты дома. Ты моя жена, Аделина".

Ложь. Всё ложь.

Он методично выстраивал эту реальность: фотографии "наших" совместных поездок, "семейные" ужины, разговоры о будущем. Он контролировал каждый мой шаг — камеры в каждой комнате, охранники у ворот, отсутствие телефона, интернета. Он создал для меня золотую клетку и назвал её домом.

А я… я поверила. Позволила себе поверить. Потому что так было проще.

Поднимаюсь на ноги, подхожу к окну. Распахиваю створки — свежий воздух врывается в комнату, развеивая последние остатки тумана в голове.

Вижу двор, высокие заборы, ворота с кодовым замком. Но теперь я знаю: если я смогла вспомнить прошлое, я смогу и выбраться. Смогу вернуть себя настоящую.

Надо лишь играть. Сделать вид, что я по-прежнему ничего не помню. Усыпить бдительность. И наброситься. Наброситься на него, обнажив оружие.

Стук в дверь. Снова он. Голос звучит мягче, почти ласково.

— Аделина? Ты в порядке? Может, принести тебе воды? Или чаю?

Улыбаюсь про себя. Вот он — первый ход.

— Да, — отвечаю спокойно, даже чуть сонно. — Принеси, пожалуйста. И… прости, что напугала тебя. Просто голова закружилась. Наверное, ещё не до конца восстановилась после всего.

Снова шаги в коридоре. Натягиваю на лицо мягкую, чуть растерянную улыбку. Присаживаюсь на край кровати, опускаю плечи — пусть думает, что я всё ещё слабая, зависимая, доверчивая.

Открываю дверь. Влас входит с подносом — чашка чая, бутерброд, ваза с фруктами.

— Держи, — ставит на тумбочку. — Выпей, поешь. Тебе нужно набираться сил.

— Спасибо. — Тихо.

— Что ты вспомнила? — Спрашивает аккуратно, прощупывая почву. Боится. Я вижу, боится.