Книга Подонки. «Молись и проси», страница 25 – Кейт Блейз

Ночью мне приснился водопад. Настоящий, с голубой водой и радугой. Я стоял на краю обрыва и смотрел вниз, и мне было очень хорошо. Я проснулся, пока ещё было темно, в доме было совсем тихо. Я полежал, глядя в потолок, и подумал: «Завтра папа будет мной гордиться». Закрыл глаза и представил себя взрослым — воином с катаной в руке, и как передо мной падают плохие люди. Мне стало очень‑очень хорошо.

Утром я спустился в гостиную. Ковра уже не было. Пол блестел от чистоты, ни одного пятнышка. Маму я больше не видел. На кухне стояла тарелка с рисом и рыбой, а рядом лежали новые палочки — подарок от отца. Я сел есть.

Спасибо, папа. За науку. За правду. За самый красивый водопад.

Нокс

— Ну что, готов?

Хантер врывается в холл, уже при полном параде — чёрный смокинг, бабочка, волосы зализаны назад. Выглядит так, будто собрался на охоту за богатыми вдовами, а не на благотворительный вечер.

Закатываю рукава белой рубашки до локтей, не поднимая взгляда. Слышу его голос, но пропускаю мимо ушей.

— Как же я тебе завидовал, что ты жил один раньше, — доносится сквозь шум в голове. Несёт какую-то чушь, даже не замечая, что я не слушаю. — Есть свои прелести в жизни с девушкой, которая скоро меня сожрёт с потрохами. Знаешь, Лив — та ещё сучка. Но когда я о ней думаю, у меня начинает вставать.

Закатываю глаза. Пытаюсь вспомнить, почему до сих пор не прикончил этого болтуна, но вовремя соображаю: мы лучшие друзья. А друзья не убивают друг друга. По крайней мере, не в прихожей перед выходом.

— Заткнись, а то выбью из тебя всю дурь, — бросаю в ответ, и он на секунду замолкает.

Поворачиваюсь к зеркалу. Чёрные брюки сидят идеально — подчёркивают ноги, которые годами гоняли по восемь километров в бронежилете. Белая рубашка накрахмаленная, с длинными рукавами, которые я закатал по локоть. В отражении вижу вполне нормального человека. Слишком нормального для того, кто за эти дни добавил ещё одну букву ее имени. Теперь их две — С и Е. Они ноют под тканью, не давая о ней забыть.

Дресс-код — единственная причина, по которой я не надел футболку с коротким рукавом. Но сегодня вечером я всё равно буду выделяться — внутри меня натянуто до предела, и что-то тёмное хочет наружу, пройтись по этому залу. В зеркале я вижу человека в костюме, который готов сорвать с себя эту шкуру.

Закрываю глаза, представляя её образ. Сэйдж. Она будет там. Её родители — спонсоры, семья Уэбб каждый год платит немалые суммы за место в списке приглашённых. Значит, сегодня я точно увижу её.

Поднимаю взгляд — Хантер уставился на мои волосы с видом оценщика породистого скакуна.

— Тебе не мешало бы подстричься, а то выглядишь как жуткий призрак.

Зарываюсь пальцами в волосы и взлохмачиваю их ещё сильнее. Моя привычка — перед выходом убедиться, что я выгляжу именно так, как мне нравится. Немного пугающе.

— Идём, — бросаю резко.

Тачка Хантера блестит на подъездной дорожке. Забираюсь на переднее пассажирское, прислоняюсь виском к холодному стеклу и смотрю, как за ним расплываются огни города. И этот подонок снова начинает болтать.

— Сегодня вечером Кейна и Рида не будет — они решают свои проблемы. У них, видимо, дела поважнее, чем выгуливать пиджаки перед старушками с бриллиантами. О! И Лив дадут слово — она скажет какую-то скучную речь о сиротах или бездомных животных.