Книга Семейное положение: папа-дикарь, страница 90 – Вероника Лесневская

Порой мне кажется, что он до сих пор проспиртован своей особой настойкой из сгоревшей сторожки. Постепенно я начинаю адаптироваться к его жадности, ненасытности и напору. К хорошему быстро привыкаешь…

— Снежок, стой! — звонко вопит Никитка, отскакивая от нас.

Белый хаски, взбудораженный грохотом, носится под ногами, лает на фейерверки, защищая хозяев от опасности, как ему кажется, а потом вдруг срывается с места и уносится в сторону иглу.

— Я его приведу! — важно заявляет сынок и неуклюже топает по снегу. Такой же укутанный, как и я, он едва перебирает ногами, покачиваясь на ходу.

Маленький медвежонок.

Я по — прежнему не хочу его ни с кем делить, даже с родным отцом. Тихон всё ещё не знает правду — продолжает запрашивать какие — то документы из Москвы, связывается с юристами, что — то долго решает, запершись в кабинете, однако не делится со мной подробностями. Раньше я бы психанула и обиделась на такое поведение, но… Мне так стыдно за свою ложь, что я не задаю ему лишних вопросов. Что я могу предъявить скрытному Дикарю, если сама коварно прячу его сына у него же под носом?

Так и живем… На пороховой бочке.

— О чем задумалась, Лиза? — спрашивает Тихон, и я вздрагиваю. Иногда мне кажется, что он видит меня насквозь и намеренно провоцирует.

— Устала. Засыпаю, — зеваю, прикрыв рот варежкой, чтобы быть убедительнее.

— Не спеши, — шелестит волнующе до мурашек. — У меня планы на тебя на эту ночь.

— Кто бы сомневался, — закатываю глаза.

Дикарев порывисто и грубовато разворачивает меня лицом к себе, заключает мои покусанные морозом, алые щеки в широкие горячие ладони, и глубоко, страстно целует, терзая губы. Нападает так несдержанно, будто мы дома наедине.

— Прекрати, неловко, — фыркаю, отбиваясь от него и отталкивая. — На нас смотрят!

С трудом отстранившись, я смущенно озираюсь по сторонам. Ярослав занят любимой и ненаглядной Таисией, за их двойняшками неустанно следят Воронцовы, покачивая своих обожаемых внуков в закрытой от ветра и мороза коляске. Моя помощь не особо и нужна, но босс настоял, чтобы мы с Тихоном встретили Новый год вместе с его семьей. Как родные люди.

— Да кому мы нужны, кроме друг друга, — усмехается Дикарев, проследив за моим взглядом. Снова меня целует, уже мягче и аккуратнее. Словно по — настоящему бережет и.... любит, хотя мужики так не умеют — базовыми настройками не предусмотрено.

— Мам! Пап Леший! А когда мы домой поедем? — доносится радостный голосок сына, а в унисон с ним раздается собачий лай. — Как думаете, Дед Мороз уже был у нас? Подарки оставил?

— Уверен, что да, — задумчиво протягивает Тихон, поглядывая на часы. И добавляет чуть слышно: — Иначе уволю к чертям таежным.

На протяжении нескольких дней он готовит Никитке какой — то сюрприз — и заметно переживает. Бедных охранников загонял, как посыльных. Вот и сейчас отправляет короткое сообщение с инструкциями по спутниковому телефону. Видимо, суровым амбалам в эту ночь придется исполнять задачи новогодних оленей.

— Поехали, — кивает сам себе, получив ответ, который его удовлетворил. — Сейчас только попрощаемся с Ярославом Владимировичем.

— Тихон, вы уезжаете?

Молодой босс бодро шагает к нашему внедорожнику. Следом подлетает Тая и обнимает меня, как подругу. Мы сблизились благодаря малышам, и я как — то незаметно привязалась к этой доброй воздушной девочке. Чего уж греха таить, я прикипела к тайге и всем ее обитателям, будто корни пустила в промерзлую землю и покрылась пушистым снежком. Жаль будет расставаться...