Книга Диагноз: так себе папа, страница 74 – Вероника Лесневская

— В детдоме ка-каша невкусная, - кривится Любочка, высовывая язык.

Мама дергается, как от удара молнией, хмурится и озадаченно смотрит на нас. Крепче прижимает к себе внезапную внучку, фокусируется на Власе и выгибает бровь. В этот момент у нее дергается глаз. Думаю, у Воронцова тоже, особенно, когда в лоб ему, как снайперская пуля, летит гневная претензия:

— В каком детдоме, женатик? Ты офонарел?

— Папа не ф-ф-фонарь, папа хор-роший, - пыхтит малышка.

— Думаю, нам следует спокойно поговорить, - невозмутимо произносит Влас, видимо, смирившись со своей участью. - У меня в багажнике Шато Марго как раз для такого случая.

— Им тебя и помянем, батя года, - не унимается она. - Ишь ты удумал! Детдом! Самого бы в дом престарелых сдать. Тебе, кстати, лет-то сколько?

— Сорок два.

Не выдержав, я становлюсь между ними, как барьер, и принимаю их перекрестные удары на себя.

— Так, все, хватит! Идемте в дом, пока вы не поубивали друг друга. Не хотелось бы в один день остаться вдовой и сиротой.

— Не дождешься, - выдают они одновременно. С одинаковым сарказмом.

На секунду теряюсь. Они могли бы найти общий язык, если бы не обстоятельства. Узнав Власа ближе, мама бы приняла и одобрила такого зятя.

Но у нас все не по-настоящему. И чем быстрее я объясню ей это, тем лучше... прежде всего, для самого Воронцова, которого сейчас четвертуют и развесят на соснах у забора, чтобы другим неповадно было.

— Бабуль?

Из домика выглядывает Фил с пирожком в руке, жует и осматривается.

— Мама за мной приехала? - широко улыбается, заметив меня.

Значит, скучал мой мальчик. И ждал меня. Чувствую, как слезятся глаза, делаю шаг в его направлении, но он вдруг цепляется взглядом за Власа и обиженно надувает губы.

— А, ты с этим? Я к нему не поеду, - и захлопывает дверь.

— Не могу его осуждать, - ехидно бросает мама, взяв Любочку на руки. Внучку она мысленно себе присвоила, но ее отца упорно отвергает.

— Софья Павловна! - злится Влас.

— Тихо! - рявкаю на них, устав от перепалок. - Я сказала: все в дом! Немедленно! За мной!

И гордо шагаю к крыльцу, чувствуя на себе их удивленные взгляды.

В доме пахнет выпечкой, на столе несколько подносов с пирожками и булками. Мама явно ждала нас, как самых желанных гостей, и готовилась к нашему приезду с ночи, хоть и пытается изображать равнодушие. Стоит нам переступить порог, как она, отложив разборки с Власом, спешит на кухню делать чай, гремит там посудой, суетится.

— Помочь? - выкрикиваю ей вслед с улыбкой.

— Сама справлюсь. Ты лучше проследи за своим семейством, чтобы все не разбежались по углам, как тараканы.

Мать у меня невыносимая, но я очень соскучилась. Уверена, она тоже. Мне неловко в родительском доме, но в то же время уютно, как в детстве. Душа успокаивается.

— Смотр-рите, - восхищенно тянет Любочка. - Рат зав-вел себе кота, - и хихикает заливисто, вприпрыжку подбегая к окну.

За невесомыми, воздушными занавесками на подоконнике развалился рыжий пушистый Васька, а под боком у него как ни в чем не бывало дрыхнет наш Рататуй. Оба сытые и довольные, так что природные инстинкты над ними не имеют власти. Они даже не реагируют, когда малышка протягивает к ним ладошки, чтобы погладить. Мирно спят под шум дождя за окном.

— Надо же, подружились.