Книга От друзей к возлюбленным, страница 122 – Салли Блейкли

Я снова поднимаю на него глаза.

— Что?

— Когда мы вообще говорили, что не пересечем эту черту? – Голос тверд, как будто Рен нашел повод меня удержать.

— Не говорили, – признаю я. – Но…

— Тогда в чем проблема? – давит Рен. – Ну, мы ее пересекли, ну, ты больше этого не хочешь. Я…

— Лучшие друзья этого не делают, Рен.

— А мы сделали. – Он снова шагает ко мне. – Мы хотели этого.

Я закрываю глаза, зажмуриваюсь, как будто так станет легче. Но ничего не сделает это легче. Единственное, что заставит его согласиться, – моя ложь; я скажу то, во что не верю, но что заденет за живое.

— Не думаю, что ты знаешь, чего хочешь, – говорю я, и Рен отступает на шаг.

— Я не знаю, чего хочу, – повторяет он себе.

— Твоя работа, – говорю я, желая показать, что мне известно о его планах, но не могу продолжить, ведь тогда он попробует меня переубедить. Я не сомневаюсь в том, что здесь он будет счастливее всего. И для верности добавляю: – Аманда. Вам было хорошо вместе.

— Мне нужна ты, Джони, – говорит он и смотрит умоляюще.

Это именно те слова, которые я хочу слышать, и именно те слова, которые слышать больно. Я пытаюсь вспомнить цитаты из книг и фильмов, которые смогут оттолкнуть нас и защитить друг от друга.

— Я думаю, тебе нужна лишь версия меня, – говорю я. Это ужасно несправедливо, но я не знаю, как еще его убедить. – Последние несколько лет ты видел отпускной вариант. Романтика есть, только когда мы ограничены во времени. Тебе нужна эта традиция. – Я машу рукой на здание. – Свадьбы.

— Это неправда.

Он изучает мое лицо так, будто хочет удостовериться, что я все выдумываю.

— Это правда, – говорю я, резко и быстро. – У нас никогда не было ничего настоящего, Рен. Это всегда должна была быть фантазия.

Тут он затихает, получив последний удар. Но потом ему приходит в голову что-то еще, и его взгляд темнеет.

— Ты ведь собиралась улететь? – спрашивает он.

— Я…

Я запинаюсь и прижимаю руку к животу. Кажется, что нить, сшивающая вместе две моих жизни, быстро расходится, как будто рвется один из тщательно собранных персонажей для «Ново».

— Нет, я… – Стоя здесь, перед обломками наших отношений, я опускаю голову. – Я бы позвонила.

Где-то над нами смутные голоса начинают отсчет. Мы глядим вверх. Мы должны были веселиться в этой толпе, встречая еще один год. Мы могли бы быть там, в другой жизни, – а может, у нас получилось бы и в этой. Стоит лишь забыть последние несколько минут и все устроить. «Я только заполучил тебя».

Но потом Рен смотрит на меня безучастно.

— Позвонила.

Он кивает. Я хочу потянуться к нему, сказать, что люблю его, что беру все слова назад.

— Рен… – говорю я, когда над нами раздается ликование и первый фейерверк рвется в небо.

— Нет, – говорит он. – Все в порядке.

Он снова смотрит на меня. Такое чувство, будто у меня что-то украли. Рен пятится, одна рука в кармане, другой он потирает подбородок. Над его головой сияет золото. Потом он роняет руку. Кивает мне.

— Удачи с фильмом, Джони.

И уходит. Просто вот так.

Глава двадцать девятая

Я уснула, не задернув занавески на ночь, так что просыпаюсь раньше обычного, лицом к кровати Рена.

Но покрывала на ней не смяты.

Когда я переодеваюсь в джинсовые шорты и свитшот с круглым вырезом и сую ноги в босоножки, то стараюсь успокоить себя мыслью, что жизнь была прекрасна – пусть и на пару дней.