Книга Особенности перевода, страница 20 – Нинель Мягкова

Чем есть бутербродик, было неясно. Вилки надо брать с краю, это Анна помнила, но с самого краю лежала ложка. Незадача.

Помог Диего. Перехватив ее растерянный взгляд, подцепил зубочистку, торчащую из бутербродика, и отправил его целиком в рот.

Все гениальное просто.

Ненавижу французскую кухню, убедилась Анна спустя полчаса.

Редкие смены блюд не насыщали, а только раздразнивали аппетит. Кошачья порция овощного супа, кусочек креветки – даже не целая креветка, кусочек – на ломтике авокадо, политая коктейльным соусом, тонко нарезанный до прозрачности бифштекс с кровью и две миниатюрные картофелинки рядом…

А в промежутках разговоры. В основном говорили мужчины, о фирме, политике и футболе. Женщины помалкивали, иногда оживляясь, когда речь заходила о курортах или командировках. Политика Анну мало интересовала, как и футбол. В делах фирмы она разбиралась еще недостаточно, чтобы поддержать разговор, и вообще, чтобы не мучится самой и не мучить окружающих акцентом, старалась помалкивать.

Пока обсуждение не переключилось на неё.

— Расскажите, как вы с Диего познакомились. – Попросила Исабель, откинувшись на мужа и неосознанно положив руку на живот.

— Я разбила мотоцикл об его машину. – честно ответила Анна. Диего поперхнулся. Его отец нахмурился.

— Ты разбил машину? – в воздухе запахло грозой.

— Я разбила его машину моим мотоциклом. – Четко, чуть не по слогам, повторила девушка.

— Я не знал, что ты попал в аварию. – Наварро-старший продолжал обращаться к сыну.

— Никто не пострадал, все обошлось. – Ровно и бесстрастно ответил Наварро-младший. – Зачем тебя беспокоить, ты и так занят.

Быстрый взгляд в сторону мачехи. Эстебан положил руку ей на плечо, как бы защищая. Анна испытывала острое желание сделать то же самое с Диего.

Ну и семейка.

— Анна, а вы откуда? У вас такой интересный акцент – Решила перевести тему Исабель. Не особо удачно.

— Я русская.

— Да папа, у меня видно страсть к эмигрантам в крови. – Диего многозначительно поиграл бровями, глядя на отца. Тот мрачнел на глазах.

Анна сняла с колен салфетку и поднялась.

— Скажи, Диего, ты ведь раньше здесь жил? – Тот недоумевающе кивнул, отрываясь от зрительного поединка. – Пошли, покажешь свою комнату.

И утянула его за собой под слабые возражения Исабель о том, что десерт-то еще, десерт…

Диего уже в холле перехватил управление, привычно взяв руку Анны в свою и переплетя пальцы. Поднялся по широкой лестнице, застеленной ковром, на второй этаж, свернул направо. Длинный коридор с застекленными арками окон, в каждой арке – цветной витраж.

— Сколько лет этому дому? – Анна невольно залюбовалась разноцветными отблесками.

— Его построил мой прадед, когда переехал на Коста Брава из Кордобы. Так что не очень много. Чуть за сотню. Новодел.

Диего остановился, пошарил рукой по стене, включил свет и пропустил девушку в просторную комнату, в которой свободно поместилась бы вся их коммуналка. Потолок был высоченный, и архитектор умело этим воспользовался, превратив пространство в двухуровневую студию. На втором этаже-балкончике расположилась низкая кровать, подняться к которой можно было по узкой винтовой лестнице. Все три стены, свободные от окон, занимали стеллажи с книгами. Огромная люстра из миллиона хрустальных подвесок каскадом спускалась с потолка.