Книга Моя единственная религия: Грех для Верховного, страница 86 – Аматариэль Джулианна Кортес

Но, прислушиваясь к ровному, сильному биению своего сердца, я понимала одну непреложную истину: впервые с момента попадания в этот жестокий, чужой мир, я больше не хочу просыпаться.

Я — Кира. И он принял меня именно такой. Он полюбил не могущественную демоницу Чжэн Хуаньси, не ее славу и страх, который она внушала, а ту испуганную, потерянную душу, что отчаянно пряталась за ее прекрасным лицом. И эта осознанная, глубокая мысль давала мне силы, которых я никогда прежде в себе не чувствовала. Силы, чтобы стоять рядом с ним против всего мира.

Спустя четверть стражи я осторожно подошла к выходу из зала, прячась за массивом расколотой нефритовой статуи безымянного демонического божества.

Хаоян стоял на широком базальтовом плато перед дворцом.

Ветер трепал его длинные темные волосы и полы халата. Вокруг клубился ядовитый багровый туман, но стоило ему приблизиться к Хаояну, как он рассеивался, не в силах преодолеть невидимый барьер его ци.

Верховный Жрец, ставший Истинным Владыкой, поднял Цзяньсюэ. Он не стал вынимать меч из ножен. Он лишь вонзил ножны прямо в мертвую, черную землю плато.

— Откройся, — произнес он одно единственное слово. Звук его голоса, усиленный духовной энергией, заставил содрогнуться сами горы.

То, что произошло дальше, было подобно сотворению мира наизнанку.

Из точки, куда был вонзен меч, по базальтовому плато во все стороны побежали трещины, светящиеся ослепительным серебристо-черным светом. Хаоян вливал в землю Пустошей Забвения свою колоссальную, неисчерпаемую ци. Он пробивал мертвый камень, чтобы добраться до высохших, уснувших духовных артерий этой земли.

Земля задрожала так сильно, что мне пришлось схватиться за обломок колонны, чтобы не упасть.

Мертвая пыль, покрывавшая плато столетиями, взмыла в воздух гигантским смерчем. Хаоян стоял в эпицентре этой бури, непоколебимый и величественный. Его руки плавно описывали в воздухе сложные древние мудры, которые он перенял из запретных свитков библиотеки Белого Лотоса — техники терраформирования и возрождения.

С оглушительным скрежетом из земли начали подниматься целые пласты черного камня. Я не могла поверить своим глазам. Хаоян не просто устанавливал защитный барьер.

Он восстанавливал дворец.

Искаженная, тяжелая энергия текла из его ладоней, как вода в русло высохшей реки, заставляя обломки древних построек левитировать, срастаться и принимать свою первоначальную форму. Обрушенные своды подземного зала за моей спиной со стоном выпрямились, сомкнувшись над головой идеальным куполом. Расколотые колонны соединились, их швы засветились багровым золотом, превращаясь в причудливый узор из молний и лотосов.

Ядовитый туман отступал всё дальше и дальше, вытесняемый чистой, хотя и темной, аурой Хаояна.

Вскоре перед моим взором предстал не жалкий подземный грот, а монументальный, вырезанный в самом сердце горы тронный зал. Пол был устлан полированными плитами из черного обсидиана, в которых я видела свое отражение. Вдоль стен выстроились изваяния мифических зверей-хранителей, чьи глаза теперь горели серебряным светом.

А в самом центре зала, на небольшом возвышении, из земли вырос исполинский трон, высеченный из цельного куска черного нефрита. Он походил на полураспустившийся цветок ночного лотоса.