Книга Искра прошлого. Том 1, Наследница пламени. Том 2, страница 146 – Людмила Закалюжная

— Алиса Арсеньевна, я вам, вот… в дорогу собрала.

— Параше отдай, — велела я и направилась к закрытому окну. Скоро должен был подъехать наемный экипаж.

Утро следующего дня выдалось на удивление ясным. Дождь наконец утих, ветер разогнал тучи, и над Веретьево распахнулось высокое, бледно-голубое небо с редкими перистыми облаками, обещавшими скорые, но пока еще далекие морозы.

Князь Воронцов сидел напротив меня. Он тоже молчал, изредка бросая взгляд в окно, словно оценивая скорость движения и оставшееся расстояние. Но я чувствовала: он наблюдает за мной. Изучает. Пытается разгадать.

Журин ехал верхом впереди кареты и подсказывал кучеру, где лучше объехать очередную разбитую колею.

— Думаю, с такой дорогой не получится сегодня посетить столичный архив, — Воронцов посмотрел на меня, а заметив, как я нахмурилась, продолжил: — Лучше отдохните, Алиса Арсеньевна, а завтра после обеда я за вами заеду.

— Лучше с утра, — предложила я. Тянуть не видела смысла.

— Я буду на службе, а одну не хочу вас отпускать, — улыбнулся князь.

Он беспокоился или его интересовали фолианты, которые я буду изучать? Скорее второе, а вот глаза Максима смотрели с тревогой. Неужели действительно переживает за меня? Я не верила или… боялась поверить?

К обеду мы добрались до Нижнего Крома. Голодные и слегка продрогшие, мы с ужасом смотрели на очередь к гигантской арке из черного гранита, обвитой бронзовыми шестернями, которые медленно поворачивались с ленивым, мерным скрипом. Журина послали выяснить, что там случилось у портала.

Воронцов велел кучеру свернуть на постоялый двор, который оказался забит каретами. В воздухе смешивались запахи конюшни, дегтя, дыма и аппетитного жареного лука — ведь рядом был трактир. Ржали лошади, галдели люди.

— Подкрепимся, — сказал Максим, выходя и подавая мне руку. — Здесь отменно кормят.

Трактирная горница встретила нас шумом и теплом. Хозяин извинился с поклоном, что мест нет, но, узнав, что перед ним князь, склонился еще ниже и провел нас в отдельную комнату — такой относительно тихий островок в этом людском море.

Нам принесли щи, жареную курицу с гречкой и чай. Горячая пища понемногу разгоняла внутренний холод. Я согревалась, а у Параши, которая примостилась в уголке на стуле, от жара появился румянец на щеках. Воронцов ел быстро и аккуратно, его внимание, казалось, было полностью поглощено тарелкой.

Борис Журин вернулся, когда я допивала чай, а хозяин трактира прислал нам служанку с подносом, полным ароматных пирожков с жареной капустой. Воронцов велел ей принести обед для охранника.

Борис повесил мокрый плащ на вешалку, шагнул к столу, но садиться не стал.

— Ваше сиятельство, — голос Журина звучал глухо, будто он сам еще не остыл после разговоров на пронизывающем ветру.

— Садись, Борис. Поешь, а после будешь докладывать, — Максим указал на место рядом с собой.

— Так… не положено, — тихо возразил Журин, бросая на меня взгляд.

— Его сиятельство прав, — согласилась я с князем. — Кто меня будет защищать в столице, если мой охранник заболеет?

Журин спорить не стал, а когда плотно пообедал щами и жареной курицей с гречкой, стал тихо рассказывать.

— Помог техник портала, пожилой уже. Я его отвел в сторону, сунул монету, он сначала отмахивался, потом разговорился. Сказал, что основной накопитель вчера вечером встал не потому, что разрядился. В нем обнаружили… — он запнулся, подбирая слово, — загрязнение.